Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Виталий ФЕСЕНКО

Виталий ФЕСЕНКО, поэт, музыкант

Поэт, публицист, художник, музыкант, актер, режисер, автор и исполнитель песен на свои стихи. Член национального ...

Читать далее

Мария ВИРГИНСКАЯ

Мария Виргинская

Мария Виргинская родилась в Ленинграде, но ее истинная родина — Севастополь, место действия всех ее произведений. ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Пушкинский маршрут: Алупка – Феолент

Пушкинский маршрут: Алупка – Феолент.

Автор:  Николай ШИК
Жанр: Путевые заметки
Издательство: «Дельта»
Город: Севастополь
Год: 2011

В своем путевом эссе-исследовании известный севастопольский краевед Н.  Шик излагает весьма доказательную версию маршрута юного Пушкина из Алупки на мыс Феолент, в Георгиевский монастырь, во время его путешествия по Крыму в 1820 году. Очерк интересен реминесценциями – описанием предполагаемого общения Поэта со своими спутниками – семейством генерала Н.Н. Раевского.

 

– Отрывки из книги

Тайная цель вояжа

Насколько известно автору, никто из краеведов или биографов Пушкина серьезно не задавался вопросом, почему Раевский-старший вместе с сыном и его другом Пушкиным отправились в довольно длительное и не очень самое комфортабельное путешествие?

Сразу отбросим наличие у генерала каких-то инспекторских целей, так как в военный город-крепость Севастополь путники не заезжали. Неужели лишь желание любознательного, просвещенного человека увидеть «воображенью край священный: с Атридом спорил там Пилад...»? И это наверняка имело место. Но возможно, принимая решение о вояже в сторону Севастополя, Николай Николаевич Раевский преследовал одну глубокую мысль. Чтобы понять ее, следует, вспомнить причину Южной ссылки Александра Пушкина – недовольство российского самодержца и его ближайшего окружения поведением и творчеством поэта. Александр I, узнав об антиправительственных стихах Пушкина, предполагает сослать его на Соловки. И лишь заступничество друзей заставили царя смягчить наказание – «отправить на службу на Юг».А.С. Пушкин

Одним из тех, кто принял доброе участие в судьбе поэта, был его непосредственный начальник – граф Иван Антонович Каподистриа (1776–1831), возглавлявший Коллегию иностранных дел. Его мнению о Пушкине объективно: «Нет той крайности, в которую бы не впадал этот несчастный человек, как нет того совершенства, которого не мог бы он достигнуть высоким превосходством своих дарований».

Он же в письме к генералу И.Н. Инзову, будущему начальнику Пушкина в Екатеринославе, дает рецепт исправления мятежной души: «Доставив ему занятие и окружив его добрыми примерами, можно сделать из него прекрасного слугу государства или, по крайней мере, писателя первой величины».

Н.Н. Раевский-старшийН.Н. Раевский, взявший молодого друга своих сыновей с собой на Кавказ, а затем и в Крым, чувствовал обязанным влиять на молодого человека. Привыкший учить других на личном примере, о чем свидетельствует факт участие в бою под Салтановкой его малолетних сыновей, Николай Николаевич не пытался вести нравоучительные беседы с Александром. Поэт это оценил, отметив в «Письме к Д.», что он «не видел в нем Героя, славу русского войска, я в нем любил человека с ясным умом, с простой прекрасной душой, снисходительного, попечительного друга, всегда милого, ласкового хозяина».

Не указывая Пушкину на его недостатки, Раевский тем не менее вряд ли одобрял их. В частности, ему был не по душе антиклерикальный характер некоторых ранних стихов Пушкина и поэмы «Гаврилиада», открытые нападки на членов Библейского общества. Как правильно рассудил мудрый Раевский, близкое знакомство Пушкина с монастырем, его насельниками, служителями заставит повесу серьезно задуматься о Боге, Православии. И оказался прав. Свидетельство тому – слова самого Пушкина: «Георгиевский монастырь и его крутая лестница оставили во мне сильное впечатление». А, как известно, удивление рождает раздумье. И нам остается только гадать, о чем думал Александр Сергеевич, лежа на земляном полу комнаты ветхой монастырской гостиницы ночью 6 сентября 1820 года. Но достоверно известно, что начиная с Южной ссылки, из стихов Пушкина уходит излишняя бравада, сам поэт начинает относиться серьезнее к своему труду. Кто знает, не аура ли монастыря закрепила в душе поэта все хорошие чувства, что родились в Крыму?

Согласимся же с Арсением Маркевичем в том, что «пребывание Пушкина в Тавриде имело большое значение для него самого. С этого времени началось у поэта самоуглубление, с этого времени он начал свои записки, в которых безостановочно отражается состояние его духа и нравственного развития».

От себя добавим: конная поездка Пушкина по Южной Тавриде, имевшая цель посещения святого места, как любая дорога, привела в порядок его мысли и чувства, выкристаллизовала образ Полуденной земли. Той земли, которую мы теперь знаем не иначе, как «Волшебный край! Очей отрада!»

Айвазовский. А.С.Пушкин и Раевская в Гурзуфе

 

Туристы и туристский бизнес начала ХIХ века

Сделаем небольшое отступление и поговорим о спутниках А. Пушкина по этому отрезку его Крымского путешествия. Кстати, сама поездка в Крым и для поэта, и для Раевских было заранее запланированное мероприятие. В петербургском обществе к этому времени стало модным осматривать южную жемчужину Российской короны. Так свела судьба на извилистой крымской дороге таких разных людей: опального поэта, отца и сына Раевских – Николая Николаевича-старшего (генерала от кавалерии, члена Государственного совета, командира 4-го корпуса 1-ой армии, дислоцированной в Киеве) и Николая Николаевича-младшего (ротмистра гусарского полка, участника Отечественной войны).

Эту часть «туристской группы» знают все. Но почему-то нигде не упоминаются проводники – татары, а они, точно, были. Мое утверждение основывается на том факте, что в то время не было карт Крыма, по которым можно путешествовать в горах без сопровождения местных жителей, а также на следующем утверждении Муравьева-Апостола: «Страннику в Тавриде необходимо иметь при себе проводника-татарина, без которого нельзя сделать и шагу, отдалившись от почтовой дороги».

Более того, я осмелюсь утверждать: к 1820 году в Крыму среди татарского населения уже сложилось сословие профессиональных проводников-гидов. (Поэтический образ одного из них можно найти в «Крымских сонетах» А. Мицкевича под именем Мирзы.) Проводники имели верховых лошадей, приученных ходить по крутым горным тропам. Они же разработали специальные экскурсионные маршруты, проходившие по наиболее удобным и ухоженным дорогам; выработали свои, «гидовские», традиции и приемы работы с клиентами. Подтверждением вышесказанного может служить описание И.М. Муравьёва-Апостола своего посещения Аянской пещеры, в котором его сопровождали трое местных жителей. Причем, каждый из них заранее (!) знал свои действия: один, двигаясь по колено в воде, нес факел, два других, перебегая в том же холодном потоке, поочерёдно подставляли свои руки под ноги путешественника, сумевшего таким образом не намокнуть.

С некоторой долей уверенности можно говорить еще об одном или даже двух спутниках наших путешественников. Ими могли быть балаклавские греки из знаменитого Балаклавского греческого батальона, которые по обычаю того времени (первая четверть ХIХ века) сопровождали знатных путешественников. Жесткая политика царских чиновников по отношению к крымским татарам вызывала ответную негативную реакцию, толкая тех либо к эмиграции, либо к актам неповиновения. Все это время их считали ненадежными. Жившие рядом с крымскими татарами греки-арнауты, переселившиеся в Крым во времена Екатерины II, несли пограничную службу на побережье полуострова.

Балаклава. Литография

Можно быть уверенными, что греческие воины были знакомы Н.Н. Раевскому и его спутникам еще по Гурзуфу. В один из первых дней пребывания славного семейства в доме Ришелье они были обязаны явиться в господский дом, чтобы приветствовать прославленного генерала. Кордон их пограничной стражи находился на мысу, что замыкал Гурзуфскую бухту, то есть буквально рядом с домом Ришелье. На его расположение указывает путеводитель Монтандона. Описывая дорогу из Гурзуфа, он упоминает имение герцога Ришелье, от которого, « проехав три минуты по пляжу, достигают арнаутского поста».

Внешний вид рядового и офицера Балалклавского полка хорошо передает акварель из «Исторического описания одежды и вооружения Российских войск...». Часть VI, Лист № 811 (ВИМАИВ и ВС). На ней изображены унтер-офицер и два рядовых на фоне Гурзуфа и Медведь-горы, то есть на том самом месте и располагался кордон.

Согласно Воинскому уставу того времени одеваться балаклавские греки воинского звания были обязаны следующим образом: «Мундиры всем чинам иметь собственные, цвета зеленого с красным, по опробованному образцу; вооружение и амуницию, такие, как по их обычаю употребляются, также собственные».

Таким образом, воины Греческого батальона своей формой стали похожи на пехотинцев российской армии (темно-зеленый камзол), но отличались от них красными воротниками, обшлагами рукавов, а главное – красным цветом суконных шаровар, которые заправлялись в короткие гусарские сапоги с серебряными кисточками. Шаровары подпоясывались кушаком и портупеей. Непременным атрибутом вооружения всех воинов Греческого батальона была сабля, так как еще князь Г.А. Потемкин отметил у них «сильное стремление и удобность сабель, особливо на неровных местах, преимуществует много перед штыками...» (из доклада князя императрице Екатерине II).

Сабля была с серебряным темляком. Совершенно особой был боевой головной убор балаклавских греков – черная кожаная каска яйцевидной формы с черным плюмажем, похожим на гребень древнегреческих шлемов. У офицеров плюмаж был белый, а также на камзоле имелся широкий галун с серебряными пуговицами. Вот такие молодцы и пришли однажды в гурзуфский дом с докладом к Н.Н. Раевскому-старшему. Нет никаких свидетельств, видел ли Пушкин эту депутацию, но, несомненно, встречал караульных солдат в своих конных путешествиях. Не побывать на западной оконечности Гурзуфского пляжа он просто не мог.

И, кто знает, не перекидывались ли фразами суровые воины с «юным гостем генерала», как же еще должны были обозначить для себя Пушкина стражники? Очень может быть, что от них поэт узнал о таком городке, как Балаклава, – штаб-квартире Греческого батальона, об их геройском командире – Ф.Д. Равелиоти, который отличился во время десанта селения Платаны (17 октября 1810 года).

...Вернемся к путешествию. Если вы помните, мы оставили нашу кавалькаду в селении Семеиз, что расположилось с восточного бока горы Кошка. Сейчас Ялтинская трасса лихо проходит по «спине» этой горы-зверя, совсем недалеко от куполов Симеизской обсерватории. А в ХIХ веке дорога огибала гору Кошка понизу практически по кромке моря; там и сейчас есть дорога из Голубого залива в поселок Симеиз. Проезжая по ее упругому асфальту, трудно представить те эмоции, которые здесь переживали путники в век конной тяги. Твердого покрытия на этом участке не существовало, ноги лошадей погружались в подвижный природный щебень скальной осыпи, с трудом находя опору...

Шик Н.  Пушкинский маршрут: Алупка – Феолент. – Севастополь: Издательство «Дельта», 2011. – 44 с., ил.

...........................................................................

ОБ АВТОРЕ

Николай Шик, крымский краеведАвтор настоящего путевого эссе-исследования Николай Васильевич Шик хорошо известен истинным любителям истории Севастополя. Завершив  в свое время образование в Симферопольском госуниверситете и получив специальность географа-геоморфолога, он многие годы отдал методической работе в Севастопольском центре детского и юношеского туризма и экскурсий управления образования СГГА. А с 2005 г. осуществляет научную и организаторскую работу в Межшкольном краеведческом музее им. Е.Н. Овена. Благодаря поистине подвижническому труду Николая Васильевича в музее по сути создан и расширяется новая экспозиция «История геологического развития Крыма».

Круг интересов этого человека поистине необъятен. Оползневые процессы, легенды региона и их реанимация, минералы и горные породы Крыма, морская фауна и флора близ Севастополя, интереснейшие перипетии пребывания в наших краях знаменитых личностей всех эпох и народов.

Вниманию читателей предлагается весьма доказательный вариант маршрута юного Пушкина в 1820 г. из Алупки на мыс Феолент, в Георгиевский монастырь. Путевой очерк интересен реминесценциями – описанием предполагаемого общения Поэта со своими спутниками – семейством генерала Н.Н. Раевского.


 

Метки записи: , ,

Обсуждение

  1.    Вадим,

    Нельзя ли как-нибудь связаться с Николаем Васильевичем? У меня есть информация для одной из его статей.

  2.    Вадим,

    Моя почта galahov_vadim@mail.ru

  3.    Lytera,

    Вадим, к сожалению, телефон Николая Васильевича не нашелся, новы можете позвонить в

    Севастопольский Центр краеведения и экскурсий, который находится на ул. Музыки, где Н.В. работает методистом и ведет кружок краеведения.

    Краеведческий отдел Заведующий отделом

    Сорокин Александр Владимирович

    тел. (0692) 54 – 54 – 57

  4.    Натали,

    Греки-арнауты... Не оттуда ли название хлеба — «арнаутский»? Когда-то такой выпускали у нас на хлебозаводе — ржаной, круглый, необычайно вкусный...

  5.    Литера,

    Мнение, что в нашем городе нет краеведческого музея ошибочно, говорят сотрудники Севастопольского центра туризма, краеведения, спорта и экскурсий, он был создан еще в 1968 году.

    НИКОЛАЙ ШИК, заведующий методическим отделом Севастопольского центра туризма, краеведения, спорта и экскурсий:

    «Мы сейчас проводим очень активную экскурсионную работу для школьников и дошкольников. Студенты к нам приходят на занятия. Причем мы не только проводим экскурсии, как обычный музей. Мы даем уроки-экскурсии (для этого у нас есть скамейки) по темам, которые изучают школьники по предметам «биология», «география». И стараемся эти темы раскрывать на наших экскурсиях».

    На первом же Всероссийском конкурсе, участие в котором принял музей, он стал победителем. Первые места получили и презентация его работы, и доклады активистов. Анна Ничипоренко выступила в качестве экскурсовода, а Артур Стрихар – геолога.

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.