Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Татьяна КОРНИЕНКО

Татьяна КОРНИЕНКО

Прозаик, поэт. Член Союза писателей России и Национального союза писателей Украины.

Редактор ...

Читать далее

Борис НИКОЛЬСКИЙ

Борис НИКОЛЬСКИЙ

Капитаном 2 ранга запаса. Действительный член Русского Исторического общества и Российского историко-родословного общества.

Автор серии изданий ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

«Алые паруса» кроили в Харькове

Клипер в Феодосийском литературно-мемориальном музее Грина

Кто же из читающего люда Крыма, – впрочем, не Крыма тоже – не знает, что в этом году исполняется 90 лет со дня первого выхода в свет «Алых парусов»?! Но если первые Алые паруса Грин увидел в Феодосии, – хоть писал их очень далеко от этого города!  – то первыми, изданными в Украине, это незабываемое произведение увидели именно в Харькове!

Вот уже четверть века в Феодосийском литературно-мемориальном музее Грина проходят Гриновские чтения. И, возможно, в Харькове сие событие не ко многим имело бы отношение, если бы самым серьёзным образом не было связано именно с Первой столицей Украины.

– Ирина Александровна, – обращаюсь к старшему научному сотруднику и замечательному экскурсоводу ФЛММ А. С. Грина Ирине Панаиоти, – чрезвычайно приятно узнать, что Харьков, оказывается, далеко не чужой музею!

– Да. Но сначала хочу воспользоваться случаем и поздравить всех харьковчан с большим праздником вашего города – 70-летием освобождения от фашистских оккупантов. 23 августа по телевидению и в интернете всё видели, слышали и вместе с вами радовались и гордились вашим городом. Это – первое, что каждый год роднит коллектив музея с Первой столицей Украины, ведь Александр Степанович, как известно, родился именно 23 августа. Второе – у нас есть книги А. С. Грина «Золотая цепь» и «Алые паруса», изданные именно в Харькове на русском языке в издательстве «Пролетарий» в 1925 и 1926 годах соответственно. Это очень ценные экспонаты нашего музея, они представлены и в фондах, и в экспозиции – первые издания произведений на Украине. Третье – очень часто в Международном фестивале искусств под названием «Встреча в Зурбагане», также проводимом нашим музеем, Харьков представляла жительница вашего города Наталия Афанасьева – очень интересный, своеобразный бард, исполнительница собственных песен. Четвёртое – несколько лет назад в Харьковском художественном музее выставлялись работы из фондов ФЛММ Грина, посвящённые Александру Степановичу, кстати, мы договорились и о возобновлении творческого сотрудничества с харьковским музеем. А пятое – в 2005 году симферопольским изданием «Сонат» была издана замечательная книга старшего научного сотрудника нашего музея Людмилы Варламовой «Музеи Грина. Феодосия – Старый Крым. Путешествие в страну Гринландию», отпечатана она была…

– В Харькове?!

– Верно.

– Да! Чувствуется, что связи с Первой столицей у вас крепкие. Расскажите о них, пожалуйста.

– Наши общие связи стали достаточно крепкими уже давно. Вообще, ФЛММ А. С. Грина поддерживает отношения и дружит со всеми регионами России, Украины, Беларуси и дальнего зарубежья. Мы очень рады, что являемся одним из центров культуры всего юго-восточного Крыма. К примеру, в очередных Гриновских чтениях, они проходят раз в два года, год от года принимает участие всё большее количество гостей, среди которых, конечно, и харьковчане, а ещё – москвичи, петербуржцы, минчане. Как правило, это самые известные гриноведы: научные деятели, аспиранты, студенты и, разумеется, гости из Кирова, родины Александра Степановича, и Старого Крыма, где также находится музей и могила писателя.

– А кто из известных гриноведов-харьковчан уже уделил внимание вашим конференциям?

– Как правило, это очень известные харьковские преподаватели: Хризман Леонид Германович – профессор ХНПУ им. Г. С. Сковороды, Лагунов Александр Иванович – преподаватель ХНУ им. В. Н. Каразина. Их выступления всегда интересны всем гостям. А ещё наш музей очень много лет дружит с вдовой удивительного поэта и писателя-харьковчанина Бориса Чичибабина. Да, Лилия Карась-Чичибабина достаточно часто бывает гостем музея. Иногда она выступает на наших конференциях, иногда – перед нашими сотрудниками и гостями музея. Вот одна из записей, которую Лилия Семёновна однажды оставила, посещая музей: «Дорогие гриновцы! Спасибо за музей, за бережную любовь и преданную память к единственному великому романтику. Поэт Борис Чичибабин включил его в шесть книг, которые бы он взял с собой на необитаемый остров. Без романтиков мир был бы гораздо скучнее и однообразнее. Пусть музею, его сотрудникам и сочувственникам всегда сопутствует удача. Будьте счастливы. Лилия Карась-Чичибабина».

– Ирина Александровна, а вы никогда не подсчитывали, сколько научных работ, изысканий посвящено творческому наследию А. С. Грина?

– Нет. Но это интересный вопрос. Надо будет подсчитать. Думаю, что много. Хотя кое-что в этом направлении мы уже сделали – издали сборник статей участников некоторых конференций. И, можете себе представить, какие там направления: от лингвинистических исследований до направлений «Грин и религия», «Грин и философия»… То есть, очень широкий спектр изысканий, ведь Грин до сих пор вызывает огромный интерес именно у научного мира.

– Ещё бы! В 1917 году ничего не замечать вокруг, а сидеть и писать «Алые паруса»!

– Это парадоксально, да: в годы революции, когда всё рушилось и, вообще, вырождалось, будучи больным, голодным и бездомным, человек смог создать такое светлое произведение, которое олицетворяет огромную Любовь с такой же огромной буквы.

grin_books

– А медики, простите, никогда не участвовали в ваших конференциях? Не приходили и не интересовались творчеством писателя и им самим, чтобы провести научные исследования на стыке нескольких наук: литературы и медицины, психологии и философии, теологии, может быть? Ведь медики же говорят, что человек великий, гений – это сумасшедший. В высоком смысле, конечно! И слава Богу! Но вот нет-нет да и попадётся кое-где мнение, что писатель был не совсем здоров… Однако как во времена исторических бурь человек умудрился так от них отгородиться, что сумел создать свой мир, которым до сих пор восхищаются, кажется, никто не попытался объяснить?

– Нет. Но, вы знаете, прекрасный ответ на ваш вопрос дал наш большой друг, замечательный гриновед Вадим Ковский в своей статье «Я знаю его всю жизнь». Он пишет: «Грин был поистине мастером нервной спазмы, человеком, знавшим не только взлёты, но и падения, угрюмым и весёлым, нежным и грубым, замкнутым и открытым. Его личность сформировали скитания по России, каторжный труд, тюрьма и ссылки, которыми он расплатился за некоторые революционные увлечения юности». Понимаете, начинавший свой творческий путь в разгар серебряного века, Грин внутренне был обращён, я думаю, не столько к модернистской прозе, сколько к звучаниям символической и акмеистической поэзии Блока, Сологуба, Гумилёва, может быть, даже Ахматовой. Плотность поэтических средств – метафор, символов, сравнений, эпитетов и т. д. – в его произведениях необычайно высока. И потом, Грин, как и каждый живой человек, был, конечно, очень многоликим. Да, ему приписывают то, что он излишне употреблял спиртные напитки, но, наверное, в то время и в том окружении, в том психологическом состоянии, в котором он находился, это было чисто по-человечески вполне объяснимо. Во всяком случае, это не мешало ему писать гениальные, можно с полной уверенностью сейчас об этом сказать, произведения. И хочется отметить то, насколько мудро к этому относилась его жена Нина Николаевна Грин, как она всегда поддерживала своего мужа, видела в нём именно самые светлые и самые глубокие, тонкие струны его души. Потому что при всём при том он всегда оставался очень талантливым человеком. И, наверное, мы ему как даже мегаталантливому человеку тоже можем что-то простить.

– Должны! Как можно что-то не простить тонкому и прозорливому человеку, давным-давно нашедшему беспроигрышный способ для мужчины и женщины спрятать интерес и трепет в одной вежливой фразе: «…– Простите меня за то, что не смог Вам ответить. – …И Вы простите меня за то, что спросила»… Кстати, Ирина Александровна, у вас не снимали кино?  У вас обязательно должны были снимать кино!.. Кто и когда?

В кабинете писателя Ал. Грина– Да, Кишинёвская киностудия однажды подарила музею кое-что из съёмочного реквизита по гриновской тематике. А Эльдар Рязанов, действительно, снимал у нас фильм об Александре Грине, вернее, один из фильмов своего телецикла «Поговорим о странностях любви»,  и оставил в книге отзывов такую запись: «Сердечная благодарность всем работникам музея за квалифицированную помощь, за доброе, сердечное отношение, за гостеприимство. Всего Вам всем доброго и прекрасного. Ваша работа очень важна, ибо несёт в массы свет и культуру. По поручению съёмочной группы, искренне Ваш – Эльдар Рязанов». Лента давно вышла, не раз транслировалась по телевидению,  посвящена она личным взаимоотношениям Грина с его избранницами – Ниной Николаевной Грин и Верой Павловной Абрамовой.

– Припомните, пожалуйста, какие-нибудь подробности тех съёмок, как работал мастер кино- и телережиссуры Эльдар Александрович Рязанов?

– Трудился Рязанов у нас в музее полных три дня. На это время мы музей закрывали, потому что съёмки шли практически во всех комнатах. Работал Эльдар Александрович очень интересно: читал литературу вечером и ночью, а днём почти дословно всё это рассказывал уже своими словами весьма близко к тексту. Мы сразу поняли, что память у него удивительная. Конечно, мы находились рядом, потому что он нас сразу попросил: если услышим какие-то неточности, сразу должны его поправлять для того, чтобы запись была правильной. Кроме нашего музея Рязанов снимал этот фильм и на Ялтинской киностудии, там были декорации фильма «Бегущая по волнам», их же он использовал и в Старокрымском музее.

– А что-нибудь в вашем музее он отметил особо?

В залах музея Грина– В том, что он не мог не отметить в музее всего, не было никакого сомнения изначально, потому что, например, рабочий кабинет Александра Степановича – это мемориальный рабочий кабинет! Он сделан таким, каким был на самом деле при жизни Грина, тут есть его подлинные личные вещи, и это поистине самое святое место в нашем музее. А вообще, автор экспозиции Савва Григорьевич Бродский сделал музей в точности по мотивам произведений писателя – как старинный парусный корабль, комнаты в нём выполнены, как каюты. Это был первый такой музей во всём нашем бывшем Советском Союзе, подобных музеев и в мире-то больше нет, то есть он действительно уникален. Здесь всё сделано не просто профессионально, а стильно. Между прочим, московский художник-архитектор,  заслуженный деятель искусств РСФСР Савва Бродский не только автор нашей экспозиции, он и почётный академик Испанской королевской академии изящных искусств Сан-Фернандо в Мадриде, а стал он им за лучшую иллюстрацию к роману Сервантеса «Дон-Кихот». А что такое «Дон-Кихот» для Испании?! Это то же самое, что Пушкин для нас! Так вот,  он признан лучшим иллюстратором этого романа, но для нас он – лучший иллюстратор произведений Грина и нашей экспозиции, и именно здесь, в этих комнатах музея работал Эльдар Рязанов со своей съёмочной группой. Надо сказать, что эти люди работают с Рязановым уже много лет, и уровня их подготовки просто нельзя не заметить.

– А каким одним словом, фразой или, может быть, поэтической строкой вы могли бы охарактеризовать этого человека?

– Ой, вы знаете, это настолько многогранная личность, что, по-моему, одной строки я не смогу вас сказать. Одной строки для него не хватит, он необычный в общении, действительно необычный в профессии, очень строгий в работе – очень строгий! И в то же время чувствуется, что у него это не просто капризы, а очень серьёзный подход ко всему. Но не возможно не заметить, что при этом он пользуется большой любовью всех своих помощников, удивляя своей памятью, чувством юмора и, безусловно, очень серьёзным профессиональным подходом. Так что я не могу привести одну строчку. Это настолько интересный человек!.. Я благодарна судьбе за то, что она мне подарила такую встречу, хотя в этом музее мы, конечно, избалованы всяческим вниманием: у нас бывали многие известные посетители – президенты, космонавты, артисты, и всё-таки этот человек совершенно легендарный. Он интересен и как личность, и как режиссёр, и, разумеется, тем, что старается находить чрезвычайно интересные темы. Я не знаю, но, по крайней мере, мне показалось, что съёмки в музее были для него не просто какой-то работой, а душевным порывом, как и для самого Бродского, который сказал: «Я оставил в Доме Грина свою душу», как и для всех нас, работающих в этом музее.

– Ирина Александровна, о визите в музей и отзыве ещё кого-либо из известных посетителей расскажите, пожалуйста.

– О-о! Что вы, это совершенно невозможно! Их очень много,  и все они искренни и, как мне кажется, прочувствованны. Да вот, хотя бы запись Андрея Миронова: «…Удивительно трепетное и глубокое отношение к имени писателя, с именем которого связаны самые прекрасные и чистые надежды юности. Спасибо большое всем работникам музея и спасибо Александру Грину. С уважением, Андрей Миронов».

Феодосийский литературно-мемориальный музей А. Грина

– Тогда вспомните, пожалуйста, несколько поэтических строк, посвященных либо Грину и его произведениям, либо музею и вашему городу.

– Это задание  немного полегче. Среди огромного количества друзей нашего музея есть (впрочем, «есть» я говорю абсолютно обо всех-всех наших друзьях, и о тех, кто уже далеко, тоже…) один совершенно необыкновенный человек, – это Марк Кабаков. Ещё в юные годы, будучи молодым, прекрасным, замечательным, романтическим юношей, он познакомился с самим Александром Степановичем Грином и его женой Ниной Николаевной, тогда она еще жила в Старом Крыму. С того самого времени он дружит с нашим музеем, хотя все эти годы живет в Москве. И поэт именно в душе, он очень много прекрасных строк посвятил и нашему дому, и Александру Грину. Вот одно из стихотворений, наиболее любимое нашими сотрудниками:

Фрези Грант бежит по волнам. Чтобы взять и увидеть это,

нужен хлеб с водой пополам, папиросный дым до рассвета.

Нужен смрад российских трущоб, крепостной одиночки омут,

нужно яростно верить, чтобы вдруг увидеть мир по-иному.

А такие, как я, слабы. Запряглись в колесницу сами,

и бегут навстречу столбы указующими перстами.

Но однажды в дремучих снах мы сорвем казённые шторы,

и услышим плеск в парусах и одежды шелковый шорох.

И тогда, как сейчас с тобой, мы сбежим из квартирных клеток –

Фрези Грант вступает в прибой, и мы видим, мы видим это!

 Автор: Тамара Невская, Харьков. Источник: Литературная газета+Курьер культуры.

Метки записи:

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.