Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Владимир ЯРОВОЙ

Ярово2017

Кандидат медицинских наук, доцент, нейрохирург, вертебролог. Лауреат медицинской премии им. Ярослава Окуневского. Изобретатель ...

Читать далее

Виталий ФЕСЕНКО

Виталий ФЕСЕНКО, поэт, музыкант

Поэт, публицист, художник, музыкант, актер, режисер, автор и исполнитель песен на свои стихи. Член национального ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Андрей ПОПОВ. Пулемёт

Турецкий вал11-

В один из погожих зимних дней ребята с нашего двора, и я соответственно, проводили плановый «рейд» в окрестностях поселка. Рейд преследовал несколько задач. Во-первых, поиск оружия и боеприпасов, для пополнения личных арсеналов и дальнейшего обмена. Во-вторых, перехват враждебных группировок из села Перекоп (снова «Перекоп») с дальнейшим отбором добычи и наказанием попавшихся. В-третьих, отдых и «дуракаваляние» на природе.

Степь была изрыта старыми окопами и траншеями. Постоянно попадались осколки снарядов и мин, человеческие кости, обрывки обмундирования. Старожилы рассказывали, что после боев похоронные и трофейные команды собрали только то, что лежало сверху. А если кого присыпало, то… увы.

Один раз в каком-то окопчике мы обнаружили целую кучу стреляных гильз, такое впечатление, что разгрузился грузовик. Стали разрывать саперной лопаткой – конца не видно. И вот когда почти докопались до дна окопа, увидели подошвы солдатских ботинок, затем обмотки, брюки-галифе и, наконец, самого хозяина, стоявшего на коленях на дне окопа. Руки пулеметчика лежали на рукоятках вросшего в землю пулемета. Сколько ж он, бедный, стрелял, если фактически по пояс был завален гильзами и уходить, судя по всему, никуда не собирался.

По обмоткам и гимнастерке-косоворотке было понятно, что это свой. Звание мы определить не смогли. На остатках формы не было ни погон, ни петлиц. Не нашли мы ни смертного медальона, ни орденов или значков с номерами, ничего того, по чему можно было бы установить, кто это. Карманы слиплись так, что ножом нельзя было раскрыть, все сразу расползалось в пыль. Хотя само тело сохранилось очень хорошо, это была настоящая мумия. За его спиной, по нашему разуменью, взорвался или снаряд, или бомба, и его присыпало, судя по всему, уже мертвого. Глиняная пыль во время взрыва облепила тело, создав практически скорлупу, защитив от воды и разложения. Глина забальзамировала, а солнце и жаркая крымская погода высушили. На лице даже можно было различить выражение, с которым он стрелял в последний миг.

Так же бережно, как и с пулеметчиком, глина обошлась и с пулеметом. Мелкая пыль легла на горячую смазку и превратилась в герметичную корку! Пулеметик был просто чудо, почистить, смазать и в бой. Взявшись за ствол, вывернули мы его из земли, тем самым освободив от сгнившего станка и от рук погибшего хозяина. Останки бойца присыпали глиной, сверху положили ржавую каску, а пулемет, взвалив на плечи, потащили домой. Добычу спрятали в подвале своей пятиэтажки.

Такой удачи в нашем дворе еще не было. Почти действующий пулемет! Даже не было тени сомнения, что с ним делать. Конечно, восстанавливать! При всем при этом самому старшему из нас, Тарасу, было всего 16 лет. Обмотали пулемет тряпками, залили керосином, чтобы откис, и несколько дней не трогали, а только ходили вокруг и облизывались. Потом стали потихоньку разбирать и восстанавливать. Каждый вечер тайком, типа пошел к другу делать уроки, уходили из дома… и в подвал, где под руководством Тараса кипела работа. Три месяца, где наждачной бумагой-«нулевкой», а где пастой ГОИ, аккуратно, чтобы не увеличить зазоры, избавлялись от ржавчины, старой смазки и копоти. Деревянные части и всякие мелкие, проржавевшие напрочь металлические деталюшки делали на уроках труда. Преподаватель не понимал, откуда у нас такое усердие.

Наконец в начале марта пулемет был готов. Все блестело от смазки и лака, щелкало, взводилось, спускалось и т. д. Провели даже пробные стрельбы в подвале. 8-го Марта, когда практически все взрослое население дома было «под градусом», оттянув затвор и сунув патрон прямо в патронник, с замиранием сердца Тарас нажал на спуск. Пулемет сказал: «Бум!»… «Бум-м-м!» – отозвалась эхом пустота. «Блямц!» – сказала, упав набок, пробитая железная бочка в конце подвала. Все механизмы отработали четко, затвор снова взвелся, гильза, выброшенная экстрактором, улетела в темноту. В общем, все класс! Пацаны, стоявшие возле входа в подвал на «шухере», ничего подозрительного в поведении подвыпивших родителей не обнаружили.

А что ж дальше-то? Обменять или продать такую штуковину в советское время было нереально. Да и кто это будет делать? Пацаны? А кому? Таким же пацанам с соседнего села? Террористов тогда еще не было. Максимум, что менялось, это пара гранат на ведро патронов. Гранаты бросались в водохранилище или канал (называлось это – сходить на рыбалку), а патроны вываливались в костер. Иногда ходили охотиться на зайцев. Да и то больше для того, чтобы пройтись с оружием в руках, а не подстрелить косого. Вопрос вопросов: «Что делать?»

пулемет

Для начала решили провести полномасштабные испытания в полевых условиях. Бросили клич: «Кто хочет участвовать в стрельбах, должен принести 10 патронов или ленту». С поиском патронов справились быстро. У кого-то в сарае был припрятан целый цинк, все в промасленной бумаге, новенькие. А вот найти целую ленту не удавалось. Целый месяц мы в буквальном смысле рыли носом землю. Коробки пустые – пожалуйста, а с лентой нет. Подняли на ноги всех знакомых с окрестных сел – ничего, одна гниль. Тогда решили собирать ленту из звеньев. Приносили по пять, по десять гнезд, выбирали более-менее целые, надраивали наждачкой, сцепляли проволокой и пропускали через пулемет. Если где-то клинило, подгоняли, подчищали. И так сотни раз, пока не перестало заедать. Наконец все было готово. Пулемет блестел от смазки, а лента была забита сияющими патронами.

Выбрав один из дней весенних каникул, когда взрослые уехали на работу, мы стали собираться на испытания. Нашли старую детскую коляску, погрузили в нее пулемет, ленту с патронами, закидали тряпками и поехали за пять километров по степи на берег залива. Весна, грязь по колено. По дороге, в качестве мишени, захватили с собой брошенную покрышку от трактора, весом больше ста килограммов! Тяжеленная! Но катили, «охота пуще неволи».

По приходу на место, Тарас распорядился закатить колесо в воду и закрепить его стоя, а сам стал устанавливать пулемет на обрыве. Мы шустро разулись, установили это колесо в ледяной воде, метрах в ста от берега. Поставили еще в качестве мишеней несколько камней друг на друга. Тарас в это время привязывал для устойчивости пулемет к коляске. И вот с берега замахали руками, мол, уходите. Похватали мы свою обувку и на обрыв.

Тарас выставил прицел, заправил ленту, взвел механизм (откуда он это знал в 16 лет?), прицелился и нажал на спуск. «Бу-бу-бух!»– пробасил пулемет, «Ух-ух-ух!»– забилось над заливом эхо. Такого мощного звука я еще не слышал. Пороховые газы окутали нашу позицию. Первая же пуля попала в стоящее колесо и, почти разорвав, подбросила его в воздух. В полете в него попали еще две пули. Конечно это не меткость, а просто случайность, но как это было эффектно! Тарас, не отпуская гашетку, водил стволом, стараясь попасть в мишени. Бу-бу-бу-бух! По заливу гуляли фонтаны воды и грязи, высотой в человеческий рост. Мы, кто сидя, кто стоя, с замиранием сердца, следили за всем происходящим, вдыхая всей грудью такой волнующий и тревожный запах пороха.

Но!!! В четырех километрах от места событий, тоже на берегу, находилось село Кураевка. На его окраине размещался пограничный пост. В те времена погранзаставы или посты находились фактически вдоль всей сухопутной границы (по периметру всего государства)! Конечно караульный, стоявший на пограничной вышке, все происходящее видел, как на ладони, и поднял тревогу. Ничего себе, в мирное время, на границе, кто-то шпарит из пулемета! Как-то мы об этом не подумали. Из ворот поста в нашу сторону тотчас выскочил УАЗик. Тарас потом признался, что еле сдержался, чтобы не повернуть пулемет и не влупить по погранцам… Азарт! Все прекрасно понимали: попадись мы в руки пограничников, горе будет и нам, и родителям, а потом нам от родителей. Прозвучал крик: «Атас!». Ребята бросились врассыпную. Кто побежал в сторону поселка, кто на пашню, в надежде, что мокрая земля не даст машине проехать. Я с другом Генкой, самые младшие, перебежали Турецкий вал и спрятались в скирде соломы. Тарас дострелял ленту, столкнул пулемет с обрыва и рванул по дну Турецкого вала в заросли ежевики. Из скирды мы видели, что народ успел разбежаться довольно далеко. Уазик по пути к месту преступления высаживал по солдатику, в надежде задержать хоть кого-нибудь. Но пограничники, пробежав для успокоения совести метров по двести, повернули в сторону берега. Вытащив из под обрыва пулемет, они погрузили его в УАЗик и уехали восвояси.

Пацаны бегали по степи еще часа полтора, а потом обходными путями добирались до поселка. Вечером все собрались в подвале. Эмоции хлестали через край. В подвале пахло порохом и приключениями. Все наперебой рассказывали, как ловко, с первого раза, удалось попасть в колесо, как бежали от солдат, как их чуть-чуть не поймали. И только потому, что они такие ловкие и смелые, этого не случилось. Героем был, конечно, Тарас. К нему приставали с одним вопросом: «Точно стрельнул бы по погранцам?». А он, сплевывая сквозь зубы, цедил: «Стрельнул бы, а то че они…!». Может он тоже, как и все мы, просто бахвалился. Мальчишка ж. Как говорится, «девятый класс, третья четверть».

Вот так закончилась история с нашим пулеметом. И главное, никто не жалел о том, что его пришлось бросить. Хотя три месяца трудились не покладая рук, зарабатывая право на участие в стрельбах.

Репрессий от пограничников в школе не было. Наверное, приписали находку себе и шум поднимать не стали.

Турецкий вал Пулемет

--------------------------------------------------

А. Попов. Истории Турецкого вала. — Севастополь: «Дельта», 2015. -  60 с., ил. Рисунки В. Рындина.

--------------------------------------------------

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.