Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Виталий ФЕСЕНКО

Виталий ФЕСЕНКО, поэт, музыкант

Поэт, публицист, художник, музыкант, актер, режисер, автор и исполнитель песен на свои стихи. Член национального ...

Читать далее

Гидаят МУСАЕВ

Гидаят МУСАЕВ

Ветеран ВМФ СССР, участник боевых действий, полковник в отставке.

Проходил военную службу матросом-срочником на Северном флоте ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Андрей ПОПОВ. Пулемёт

Турецкий вал11-

В один из погожих зимних дней ребята с нашего двора, и я соответственно, проводили плановый «рейд» в окрестностях поселка. Рейд преследовал несколько задач. Во-первых, поиск оружия и боеприпасов, для пополнения личных арсеналов и дальнейшего обмена. Во-вторых, перехват враждебных группировок из села Перекоп (снова «Перекоп») с дальнейшим отбором добычи и наказанием попавшихся. В-третьих, отдых и «дуракаваляние» на природе.

Степь была изрыта старыми окопами и траншеями. Постоянно попадались осколки снарядов и мин, человеческие кости, обрывки обмундирования. Старожилы рассказывали, что после боев похоронные и трофейные команды собрали только то, что лежало сверху. А если кого присыпало, то… увы.

Один раз в каком-то окопчике мы обнаружили целую кучу стреляных гильз, такое впечатление, что разгрузился грузовик. Стали разрывать саперной лопаткой – конца не видно. И вот когда почти докопались до дна окопа, увидели подошвы солдатских ботинок, затем обмотки, брюки-галифе и, наконец, самого хозяина, стоявшего на коленях на дне окопа. Руки пулеметчика лежали на рукоятках вросшего в землю пулемета. Сколько ж он, бедный, стрелял, если фактически по пояс был завален гильзами и уходить, судя по всему, никуда не собирался.

По обмоткам и гимнастерке-косоворотке было понятно, что это свой. Звание мы определить не смогли. На остатках формы не было ни погон, ни петлиц. Не нашли мы ни смертного медальона, ни орденов или значков с номерами, ничего того, по чему можно было бы установить, кто это. Карманы слиплись так, что ножом нельзя было раскрыть, все сразу расползалось в пыль. Хотя само тело сохранилось очень хорошо, это была настоящая мумия. За его спиной, по нашему разуменью, взорвался или снаряд, или бомба, и его присыпало, судя по всему, уже мертвого. Глиняная пыль во время взрыва облепила тело, создав практически скорлупу, защитив от воды и разложения. Глина забальзамировала, а солнце и жаркая крымская погода высушили. На лице даже можно было различить выражение, с которым он стрелял в последний миг.

Так же бережно, как и с пулеметчиком, глина обошлась и с пулеметом. Мелкая пыль легла на горячую смазку и превратилась в герметичную корку! Пулеметик был просто чудо, почистить, смазать и в бой. Взявшись за ствол, вывернули мы его из земли, тем самым освободив от сгнившего станка и от рук погибшего хозяина. Останки бойца присыпали глиной, сверху положили ржавую каску, а пулемет, взвалив на плечи, потащили домой. Добычу спрятали в подвале своей пятиэтажки.

Такой удачи в нашем дворе еще не было. Почти действующий пулемет! Даже не было тени сомнения, что с ним делать. Конечно, восстанавливать! При всем при этом самому старшему из нас, Тарасу, было всего 16 лет. Обмотали пулемет тряпками, залили керосином, чтобы откис, и несколько дней не трогали, а только ходили вокруг и облизывались. Потом стали потихоньку разбирать и восстанавливать. Каждый вечер тайком, типа пошел к другу делать уроки, уходили из дома… и в подвал, где под руководством Тараса кипела работа. Три месяца, где наждачной бумагой-«нулевкой», а где пастой ГОИ, аккуратно, чтобы не увеличить зазоры, избавлялись от ржавчины, старой смазки и копоти. Деревянные части и всякие мелкие, проржавевшие напрочь металлические деталюшки делали на уроках труда. Преподаватель не понимал, откуда у нас такое усердие.

Наконец в начале марта пулемет был готов. Все блестело от смазки и лака, щелкало, взводилось, спускалось и т. д. Провели даже пробные стрельбы в подвале. 8-го Марта, когда практически все взрослое население дома было «под градусом», оттянув затвор и сунув патрон прямо в патронник, с замиранием сердца Тарас нажал на спуск. Пулемет сказал: «Бум!»… «Бум-м-м!» – отозвалась эхом пустота. «Блямц!» – сказала, упав набок, пробитая железная бочка в конце подвала. Все механизмы отработали четко, затвор снова взвелся, гильза, выброшенная экстрактором, улетела в темноту. В общем, все класс! Пацаны, стоявшие возле входа в подвал на «шухере», ничего подозрительного в поведении подвыпивших родителей не обнаружили.

А что ж дальше-то? Обменять или продать такую штуковину в советское время было нереально. Да и кто это будет делать? Пацаны? А кому? Таким же пацанам с соседнего села? Террористов тогда еще не было. Максимум, что менялось, это пара гранат на ведро патронов. Гранаты бросались в водохранилище или канал (называлось это – сходить на рыбалку), а патроны вываливались в костер. Иногда ходили охотиться на зайцев. Да и то больше для того, чтобы пройтись с оружием в руках, а не подстрелить косого. Вопрос вопросов: «Что делать?»

пулемет

Для начала решили провести полномасштабные испытания в полевых условиях. Бросили клич: «Кто хочет участвовать в стрельбах, должен принести 10 патронов или ленту». С поиском патронов справились быстро. У кого-то в сарае был припрятан целый цинк, все в промасленной бумаге, новенькие. А вот найти целую ленту не удавалось. Целый месяц мы в буквальном смысле рыли носом землю. Коробки пустые – пожалуйста, а с лентой нет. Подняли на ноги всех знакомых с окрестных сел – ничего, одна гниль. Тогда решили собирать ленту из звеньев. Приносили по пять, по десять гнезд, выбирали более-менее целые, надраивали наждачкой, сцепляли проволокой и пропускали через пулемет. Если где-то клинило, подгоняли, подчищали. И так сотни раз, пока не перестало заедать. Наконец все было готово. Пулемет блестел от смазки, а лента была забита сияющими патронами.

Выбрав один из дней весенних каникул, когда взрослые уехали на работу, мы стали собираться на испытания. Нашли старую детскую коляску, погрузили в нее пулемет, ленту с патронами, закидали тряпками и поехали за пять километров по степи на берег залива. Весна, грязь по колено. По дороге, в качестве мишени, захватили с собой брошенную покрышку от трактора, весом больше ста килограммов! Тяжеленная! Но катили, «охота пуще неволи».

По приходу на место, Тарас распорядился закатить колесо в воду и закрепить его стоя, а сам стал устанавливать пулемет на обрыве. Мы шустро разулись, установили это колесо в ледяной воде, метрах в ста от берега. Поставили еще в качестве мишеней несколько камней друг на друга. Тарас в это время привязывал для устойчивости пулемет к коляске. И вот с берега замахали руками, мол, уходите. Похватали мы свою обувку и на обрыв.

Тарас выставил прицел, заправил ленту, взвел механизм (откуда он это знал в 16 лет?), прицелился и нажал на спуск. «Бу-бу-бух!»– пробасил пулемет, «Ух-ух-ух!»– забилось над заливом эхо. Такого мощного звука я еще не слышал. Пороховые газы окутали нашу позицию. Первая же пуля попала в стоящее колесо и, почти разорвав, подбросила его в воздух. В полете в него попали еще две пули. Конечно это не меткость, а просто случайность, но как это было эффектно! Тарас, не отпуская гашетку, водил стволом, стараясь попасть в мишени. Бу-бу-бу-бух! По заливу гуляли фонтаны воды и грязи, высотой в человеческий рост. Мы, кто сидя, кто стоя, с замиранием сердца, следили за всем происходящим, вдыхая всей грудью такой волнующий и тревожный запах пороха.

Но!!! В четырех километрах от места событий, тоже на берегу, находилось село Кураевка. На его окраине размещался пограничный пост. В те времена погранзаставы или посты находились фактически вдоль всей сухопутной границы (по периметру всего государства)! Конечно караульный, стоявший на пограничной вышке, все происходящее видел, как на ладони, и поднял тревогу. Ничего себе, в мирное время, на границе, кто-то шпарит из пулемета! Как-то мы об этом не подумали. Из ворот поста в нашу сторону тотчас выскочил УАЗик. Тарас потом признался, что еле сдержался, чтобы не повернуть пулемет и не влупить по погранцам… Азарт! Все прекрасно понимали: попадись мы в руки пограничников, горе будет и нам, и родителям, а потом нам от родителей. Прозвучал крик: «Атас!». Ребята бросились врассыпную. Кто побежал в сторону поселка, кто на пашню, в надежде, что мокрая земля не даст машине проехать. Я с другом Генкой, самые младшие, перебежали Турецкий вал и спрятались в скирде соломы. Тарас дострелял ленту, столкнул пулемет с обрыва и рванул по дну Турецкого вала в заросли ежевики. Из скирды мы видели, что народ успел разбежаться довольно далеко. Уазик по пути к месту преступления высаживал по солдатику, в надежде задержать хоть кого-нибудь. Но пограничники, пробежав для успокоения совести метров по двести, повернули в сторону берега. Вытащив из под обрыва пулемет, они погрузили его в УАЗик и уехали восвояси.

Пацаны бегали по степи еще часа полтора, а потом обходными путями добирались до поселка. Вечером все собрались в подвале. Эмоции хлестали через край. В подвале пахло порохом и приключениями. Все наперебой рассказывали, как ловко, с первого раза, удалось попасть в колесо, как бежали от солдат, как их чуть-чуть не поймали. И только потому, что они такие ловкие и смелые, этого не случилось. Героем был, конечно, Тарас. К нему приставали с одним вопросом: «Точно стрельнул бы по погранцам?». А он, сплевывая сквозь зубы, цедил: «Стрельнул бы, а то че они…!». Может он тоже, как и все мы, просто бахвалился. Мальчишка ж. Как говорится, «девятый класс, третья четверть».

Вот так закончилась история с нашим пулеметом. И главное, никто не жалел о том, что его пришлось бросить. Хотя три месяца трудились не покладая рук, зарабатывая право на участие в стрельбах.

Репрессий от пограничников в школе не было. Наверное, приписали находку себе и шум поднимать не стали.

Турецкий вал Пулемет

--------------------------------------------------

А. Попов. Истории Турецкого вала. — Севастополь: «Дельта», 2015. -  60 с., ил. Рисунки В. Рындина.

--------------------------------------------------

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.