Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Елена РАСКИНА

Елена Раскина, поэт, писатель

Писатель, поэт, журналист, ученый, преподаватель. Доктор филологических наук, исследователь творчества Н.С. Гумилева и поэтов «серебряного ...

Читать далее

Нина ОРЛОВА

нина орлова2015_

Поэт и музыкант Нина Орлова живет в Новосибирске. Она пишет стихи и песни, ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Борис РОСТОВЦЕВ. Утиная пора и «госпожа Удача»

Утиная пора и "госпожа Удача"

Крым, август, конец лета, жара... Высушенные зноем пожароопасные степь и леса, особенно хвойники с игольчатой подстилкой. И в это время открытие охоты «по перу»? Это преждевременно и совсем не радует, ибо местная дичь — утки, голуби и перепел — ещё в летнем уборе, не заматерели и не набрали веса. Поэтому ранняя охота в такую жару проходит вяло, без азарта. Да и комар, особенно на Сиваше, зверский, не щадит приезжего городского охотника...

Но природа берёт своё: подходят ясные, прозрачные, с лёгкой утренней прохладцей сентябрьско-октябрьские деньки конца «бабьего лета» и валового пролёта перепела на юг через Чёрное море. Многие охотники-перепелятники, особенно старички-ветераны, с волнением ждут эту весёлую, несложную и посильную для них охоту.

На смену им уже торопятся ненастные, туманные, с сырыми холодными ночами охотничьи ноябрь и декабрь. В это время в разгаре серьёзная охота на копытного зверя и массовая охота на зайца-русака, имеющие своих горячих поклонников.

Но дед Сиваш, хитро улыбаясь, тянет на свои болотные просторы верного и азартного охотника на водоплавающую дичь. И ему есть чем похвастать: все плёсы переполнены чирками, шилохвостью, свиязями, тяжёлыми крякашами и, конечно, мечтой каждого охотника — гусями: белолобиками, серыми и редкими сейчас гуменниками.

Красота!.. Правда, вся эта северная гусино-утиная рать в последние годы применяет осторожную тактику отсиживания при тихой погоде на открытом Сиваше, не залетая в камышовые заросли и не подставляясь под выстрелы. Но штормовая непогода заставляет её перелетать в камышовое укрытие. Конечно, надо иметь достаточные опыт и мастерство, чтобы оказаться в нужном месте на трассе перелёта и меткими выстрелами вырвать из налетевшей стаи и уронить на воду долгожданную добычу. Сколько восторга, адреналина и какой шлепок о воду от упавшей дичи!

На гусино-утиной охоте есть три характерных звука, долгожданных и знакомых каждому опытному охотнику.

Первый — это ещё в темноте, в начале зорьки, посвист крыльев: «Фить-фить-фить» — звук проносящейся дичи. Ура! Утка пошла, зорька началась!..

Второй — это выстрелы соседних охотников: «Бах-бах-бах!» — будь внимателен, скоро и твой черед.

Третий — это самый долгожданный после выстрела, волнующий и характерный: «Шлёп!» — звук падения тушки сбитой дичи на воду. Причём этот звук особый и вполне характеризует опыт охотника. Хорошо слышно, как один сосед: «бах-бах-бах», а «шлёпа» все нет и нет...

А другой сосед: что «бах», то «шлёп», что «бах», то «шлёп». Вот это стрелок — молодец! Да и сам звук «шлёп» — разный по окраске и характеризует сбитую дичь: у чирка — скромный, мягкий «пух», у тяжёлого крякаша — громкий, сочный «шлеп», а у гуся — это разговор особый!

Как-то на гусиной охоте мне повезло, и я выбил из налетевшей стаи матёрого, с жёлтым пояском на клюве тучного гуменника. Он был сражён ещё в полёте, поэтому сложил крылья и бомбочкой упал на воду. Пробил полуметровый слой воды до ила, поднял фонтан грязи, волна пошла по Сивашу...

В это время по мобилке мне звонит друг с Крымской сейсмической станции: «Боря, ты на Сиваше? Что там стряслось? Приборы записали лёгкий землетряс». «Да, — говорю, — я тут хорошего гуменника снял с большой высоты». — «Понятно, предупреждать надо...»

Вот что такое настоящий гусиный «шлёп», друзья-охотники!

А как-то приехали мы на утку в район села Пшеничного, на лиман со звучным дальневосточным названием Амур!.. Ещё в предрассветной мгле про-чавкали сапогами до заветных плёсов. Комар был страшный, злой, «двухмоторный», гудел, как «мессершмитт», с разгона протыкал жалом резиновый сапог. Ну ничего, мы, бывшие охотники Северного флота, в своё время запаслись демитил-фталатом. На Севере в тундре морпехи только им и спасались от зудящего вампира.

Правда, один раз по неосторожности опрокинули бутылочку с ДФ на капот автомобиля: краска и грунтовка были съедены до металла... Мы с тревогой и опаской посмотрели на свои физиономии: удивительное создание — человек, всё выдерживает!

Утиная зорька была вялой, редкие «фить-фить», ещё реже «бах-бах» и совсем не было «шлёпа». Наконец краем глаза уловил налетающую на меня крупную утку. Подумал: «Лёт слабый, мазать нельзя, надо брать!» Всё сделал по науке: вскидка, контроль прицельной планки, поводок с упреждением и выстрел без остановки ружья. Утка сложила крылья и бомбочкой упала вниз, но долгожданного «шлёпа» не было, был мягкий «шух», как при падении в высокую траву. Искал минут десять вдоль и поперёк, нет утки, битой наповал, и всё!

Расстроился, вернулся к чучелам и сидаку. Окончательно рассвело. Смотрю: прямо на меня, чуть скосив крылья, тянет крякаш. Ну, Борис, держись! Снова всё делаю по науке: крякаш тряпкой падает вниз и опять без «шлёпа», только мягкий «шух»... У меня холодок пробежал по спине: что же это такое? На этот раз постарался запомнить даже заломанную камышинку в месте падения утки. Подошёл и специально взятой прищепкой с красной ленточкой обозначил, чтобы не уйти в сторону при поиске. Начал кругами ходить вокруг ленты. Наконец -ура! — увидел лежащего красавца-крякаш и зелёноголовика с коричневой грудью, светлыми боками, белым ошейником и оранжевыми лапами.

Поднимаю, а под ним... лежит мой предыдущий крякаш темной спинокой кверху, совершенно сливаясь по цвету с густой болотной травой. Такой же плотный красавец с чёрными перышками-завитушками на надхвостье.

У меня сердце сжалось от волнения и благодарности к охотничьей судьбе. Невольно посмотрел на облачное небо: тучки раздвинулись, и в образовавшемся окошечке я увидел улыбающееся лицо царицы Дианы и уловил её слова: «Ну-ну, молодец!». Тучки сошлись...

Всё, для меня охота закончилась, спасибо, Диана! Двух красавцев-крякашей при таком лёте вполне достаточно, не надо жадничать. Приятно ощущая тяжесть добытой дичи, пошёл к машине. Но мою охотничью душу продолжала теребить мысль о таком необычном совпадении двух крякашей. Как бывший артиллерист-ракетчик, знакомый с теорией вероятности, законами рассеивания и распределения ошибок, я знал, что дважды снаряд в одну воронку не падает! Поэтому на фронте опытные солдаты при обстреле забирались в ещё тёплую пахнущую тротилом воронку и спасали себе жизнь. А тут два сбитых крякаша падают друг на друга в одну точку... Вот тебе и вероятность!

Гордо подошёл к охотничьей стоянке, у друзей результаты были поскромней — всего два чирка. Невольно пропел про себя: «Ваше благородие, госпожа Удача! Для кого ты добрая, а кому — иначе!..»

про охоту

Ростовцев Б. Время, встречи, охота: Сборник очерков и рассказов. — Севастополь: Издатель Кручинин Л.Ю., 2014. — 88 с., илл.

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.