Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Василий КУЛИКОВ

Василий КУЛИКОВ

Прозаик, член Конгресса литераторов Украины.

Печатался в литературно-историческом альманахе «Севастополь», коллективных сборниках севастопольских авторов.

Автор книг прозы ...

Читать далее

Сергей НИТКОВ

Сергей Нитков

Писатель-маринист, капитана 1 ранга запаса. Член Союза писателей России. Заслуженный работник культуры АР  Крым.  Награжден ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Единокровные. Лихомань

Василий КУЛИКОВ. Единокровные. Лихолетье: Повести. - Севастополь: "Дельта", 2013. - 160 с.

Автор: Василий КУЛИКОВ
Жанр: Повести
Издательство: «Дельта»
Город: Севастополь
Год: 2013

Василий Иосифович Куликов -  севастополец в пятом поколении. В годы Великой Отечественной он, вместе со своими родителями, братьями и сестрой, пережил долгие 250 дней осады Севастополя  и тяжелое время немецкой оккупации до самого освобождения города. Имеет статус «Житель осажденного города» и «Ребенок войны».

Каждое произведение Василия Куликова основано на фактических событиях.

«Я против прозы хвалебной и патриотической, — говорит автор. — Каждое моё слово ценно и дорого для меня, потому что это не только мои воспоминания, а и других участников этих событий, потому что это человеческие судьбы. Мы, промежуточное поколение, единицы, кто остался из тех времён, обязаны хранить память и передавать её последующим поколениям».

...

Отрывок из повести «Единокровные»

И опять наплывала темень, и вновь прояснивалось. День ли сменялся ночью, а то и смерть решила примерить на мне свое покрывало.

… Так и оборвалась в один миг возможность хоть что-то видеть и этим общаться с миром вокруг себя. Огонь ослепил и раскаленным очагом поглотил мою голову. Ну вот, пришла она, смерть, и прямиком в ад кипящий опрокинула…
Удивился чуду, когда ласковый свет заиграл радугой в плюхающих водой ресницах. Где же девался тот клочок земли, в который я пялился? До того, что было, боязно вернуться, так мне стало сладко и привольно, что казалось, лечу эдаким облачком, в безразличии к чему-либо.
Вдруг яркий свет погас. Досадно стало, опять она вцепилась в меня, не дав напоследок насладиться малым счастьем. Чувствую, как глаза тяжелеют, и с трудом удерживаю веки. Голову ощущаю, и в ней какие-то иголки снуют со звоном. Начинаю размышлять над тем, что смерть-то с сырой землей в содействии прибирают все живое, а я-то пока еще не на земле. И тут, все же, как по порядку освобождения души, при мне объявился то ли ангел, то ли коршун. Парит над моей кончиной раскинутыми крыльями и заглядывает, склонившись близко к лицу. Я зажмурился из всех сил:
– Пусть пан, пусть пропал.
Унесет в рай или расклюет. А он размыкает мне глаза, убедиться хочет, что готовенький. У живых, стало быть, душу не вымогают.
Тяжелые веки с его помощью отворили взгляд. Погоди, теперь думаю, так это он закрывал своим крылом свет надо мной, а я уже готов был распрощаться с жизнью. Вижу, как у зайца, горят на просвете его уши, топорщатся усы с подкруткой на концах. Так это ж не ангел, а мужик усатый.
Всего ничего, что успел сообразить, как мелькнула у носа гладкая фляга. Булькнуло что-то вовнутрь меня, и закатились мои глаза куда-то под темечко. Молнией проскочила мысль:
– Прикончит, что ли, он меня?..

… И тут я оклемался, живучим оказался, как хвост ящерицы. Своим упорством изрядно донял бедную смертушку. Уже жалеть её стал.
Представил образ бессмертный, и как она мыкается в нужном для нее деле, от бессилия заступает на подол и впутывает себя в свой заморошный балдахин. Неровен час, самой известись от неудачи.
Жалел я несчастную, а ко мне склоняется ее помощник. На сей раз уже не один, множество лиц уставились в кружение моих глаз. Стали они меня тормошить. А почувствовал, когда затылок погорячел и откуда-то появилась боль, засыпающая искрящимся бисером мои глаза.
Потом увидел все, из чего состоит мое существо, прежде не думал, что где-то есть руки, ноги. Это тогда, как передо мной простелился горизонт, смыкающий светлый небосвод с закопченной землей. Покачнулся он, словно ялик на волне, изогнулся дугой, и опрокинул небо наоборот, бездонной пропастью. Люди, которые объявились рядом, тоже повисли вниз головой, и меня тянут туда же. Стошнило меня у края, над бездной. Привык я уже к жизни в окопах, землеройкой вгрызаться поглубже, чтобы шальная пуля не нырнула в меня ненароком.

----------------------------

Василий КУЛИКОВ. Единокровные. Лихомань: Повести. — Севастополь: «Дельта», 2013. — 160 с.

-----------------------------

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.