Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Николай ТАРАСЕНКО

Тарасенко Николай Федорович

Советский поэт, писатель, журналист. Член Союза писателей России и Украины. Заслуженный деятель искусств ...

Читать далее

Василий КУЛИКОВ

Василий КУЛИКОВ

Прозаик, член Конгресса литераторов Украины.

Печатался в литературно-историческом альманахе «Севастополь», коллективных сборниках севастопольских авторов.

Автор книг прозы ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Крымская дача сибирских купцов Трапезниковых

Крымская дача купцов Трапезниковых

Изучая страницы биографии известного благотворителя Иннокентия Михайловича Сибирякова (1860–1901), относящиеся к светскому периоду его жизни, я обратила внимание на то, что неоднократно будущий афонский схимник бывал на Южном берегу Крыма и Черноморском побережье Кавказа. Будучи студентом Санкт-Петербургского Императорского университета, Иннокентий Михайлович брал продолжительные отпуска в связи с болезнью и уезжал на юг. В личном деле студента Иннокентия Сибирякова содержатся донесения полиции о благопристойном поведении Сибирякова в местах его пребывания в южных губерниях России – Таврической и Черноморской.

Родной дядя И.М. Сибирякова Андрей Константинович Трапезников (1854–1923) владел дачей в Крыму. Но прежде он – сын крупного золотопромышленника Сибири Константина Петровича Трапезникова (1790 – 15 января 1860) – с юности жил в Санкт-Петербурге в роскошной квартире с видом на Неву на Английской набережной. Известно, что в 1878 году потомственный почётный гражданин Андрей Трапезников снимал в Петергофе дачу, принадлежавшую Александру Фёдоровичу Гейроту – автору книги «Описание Петергофа», изданной в 1868 году.

В столице Андрей Трапезников брал уроки живописи у известного художника Аполлинария Горавского. Андрей Трапезников – меценат, приобретавший полотна русских и зарубежных художников (А.Г. Горавского, этюды А.А. Иванова, акварели Л. Примацци, картины А.И. Корзухина и других художников). В своё время ему принадлежала известная картина Алексея Корзухина «Крестьянские девочки в лесу» или «Испуг детей в лесу».

А.К. Трапезников и художник А.Г. Горавский дружили. Последний отзывался об Андрее Трапезникове как о в «высшей степени нравственно примерном человеке» (1877). Известен портрет работы А.Г. Горавского под названием «Портрет А.К. Трапезникова – сына К.П. Трапезникова» 1892 года. Скорее всего, изображён на портрете именно Андрей Константинович.

Андрей Трапезников переписывался с П.М. Третьяковым. Не исключено, что часть коллекции Андрея Константиновича была куплена Третьяковым, когда золотопромышленник попал в затруднительное материальное положение и вернулся в Иркутск.

Крымский краевед Павел Петрович Фирсов сообщает подробности о частной жизни А.К. Трапезникова, собрав уникальные сведения о нём у тех, кто лично общался в Крыму с Андреем Константиновичем. «Его отец, иркутский миллионер, золотопромышленник, дал сыну высшее образование, – пишет П.П. Фирсов. – Андрей Константинович много путешествовал по Европе. Женился, жил в Петербурге. Его женой была фрейлина, т. е. приближённая императрицы. Жена вскоре умерла, и он, вернувшись в Иркутск, влюбился в «примадонну» – танцовщицу театра Прасковью Александровну Даманину, женщину вульгарную и грубоватую, так не похожую на воспитанного и воздержанного Андрея Константиновича. Он прямо похитил, увёз её из театра. Вскоре управляющий делами Трапезникова разорил его в свою пользу. У Трапезникова остался небольшой капитал, и он купил себе небольшое имение Ай-Юри».

Надо отметить – есть мнение, что усадьбу Ай-Юри близ перевала Байдарские ворота купил ещё старший Трапезников – Константин Петрович. Пока этот факт достоверно не подтверждён. Константин Петрович умер в январе 1860 года, а ещё за пять лет до этого, в период Крымской войны, имение Ай-Юри в военных сводках упоминается как принадлежащее Сабурову.

У подножья Ай-Петри

У подножия горы Ай-Петри

Усадьба Ай-Юри получила своё название от хребта Ай-Юри, в переводе с греческого языка означающее «Святой Георгий». Сам хребет за его сходство с чудовищем сегодня называют Драконом. В удалённом от берега моря отроге хребта Ай-Юри в 1972 году при строительстве новой трассы Севастополь – Ялта пробит 200-метровый тоннель для проезда автомобилей. Хребет Ай-Юри – вулканического происхождения. Из его серо-зелёного камня-диабаза, по твёрдости превосходящего гранит, построен знаменитый Воронцовский дворец в Алупке.

Поместье Ай-Юри появилось, вероятнее всего, в период освоения Южного берега Крыма столичными аристократами в 40-х годах XIX века. Усадьба Ай-Юри обозначена на верстовой сухопутной карте Таврической губернии 1889–1890 годов. В съёмке местности для этой верстовки участвовали сотрудники Картографического отдела корпуса военных топографов. Эта самая подробная на начало 20 века карта Таврической губернии на 250 листах подготовлена Военно-топографическим депо. Масштаб карты – 1:42000.

Имение Ай-Юри располагалось ниже современной трассы Севастополь – Ялта и территориально привязано к санаторию «Южный» курортного посёлка Санаторное. Посёлок Санаторное вобрал в себя, кроме поместья Ай-Юри, ещё одно известное имение – Меллас. Меллас связан с именем писателя Алексея Константиновича Толстого, который являлся его владельцем и несколько раз здесь бывал. Кстати сказать, фонтан в Мелласе был устроен таким образом, чтобы в его глади отражался живописный хребет находящегося западнее Ай-Юри.

Строений от имения Ай-Юри к настоящему времени не осталось. Но представление о поместье даёт картина выдающегося эстонского художника, академика живописи Йохана Кёллера (1826–1899) под названием «Имение Ай-Юрий на Южном берегу Крыма». Работа написана в 1875 году. Визуальную копию этой картины разыскать мне удалось, да и словесное описание встретилось: «Импозантное «Имение Ай-Юрий на Южном берегу Крыма» (1875) изобилует деталями, не заслоняющими, впрочем, грандиозности общего впечатления». Специалисты считают, что полотна И.П. Кёллера написаны не только живописно, но и топографически точно: без затруднений угадываются горы и перевал, утёсы и скалы.

Западнее Ай-Юри находилось поместье Мшатка, знаменитое тем, что оно принадлежало известному русскому мыслителю Николаю Яковлевичу Данилевскому и его потомкам. Здесь был написан главный труд Н.Я. Данилевского «Россия и Европа». Николай Яковлевич и его жена нашли свой последний приют в Кипарисовом зале имения. Могилы Данилевских сохранились. Теперь в имении Мшатка размещается детский лагерь имени Комарова. На картах населённый пункт у горы Мшатка теперь обозначается как прибрежный посёлок Береговое.

Андрей Константинович Трапезников дружил с сыном философа Данилевского Иваном Николаевичем, проживавшим в имении Мшатка в конце XIX – начале XX века. Иркутянин Андрей Трапезников был крёстным отцом дочери Ивана Данилевского, рождённой в Крыму Татьяны Ивановны, в монашестве Игнатии. К постригу Татьяна Ивановна пришла уже в зрелом возрасте. Матушка Игнатия прожила долгую жизнь. Она умерла в 2005 году в Иоанновском монастыре Санкт-Петербурга и упокоилась на монастырском кладбище подворья Вартемяги. Перед своей кончиной матушка Игнатия сообщила своей келейнице о последнем земном желании: привести на её могилу горсть земли с могилы Николая Яковлевича Данилевского, а горсть земли с её могилы рассыпать на могилы деда и бабушки. Эту миссию выпало исполнить мне в 2006 году.

могила Н.Я. Данилевского и его жены.

могила Н.Я. Данилевского и его жены.

Но вернёмся к владельцу поместья Ай-Юри. Андрей Константинович Трапезников был хорошо знаком с семьёй священникаПавла Ундольского – настоятеля церкви Воскресения Христова. Храм, построенный на Красной скале владельцем имения Форос фабрикантом А.Г. Кузнецовым (1856–1895), находился в пяти верстах от Ай-Юри. Андрей Константинович часто бывал в доме священника, являясь крёстным отцом сына батюшки – Николая Ундольского. Коля Ундольский родился в Форосе в 1909 году.

Многодетную семью Ундольских, приехавшую в Крым из Владимирской губернии, хорошо знали в Ялте и её окрестностях. Отец Павел Ундольский общался с писателем Антоном Павловичем Чеховым – знаменитым ялтинским дачником. Чехов помогал священнику Павлу в устройстве школы для крестьянских детей в горной деревушке Мухалатка. Сохранилась и опубликована переписка писателя и священника Павла Ундольского. С приходом в Крым новой власти, в годы красного террора, в Багреевке, близ Ялты, расстрелян сын Ундольских – Василий.

Форосская церковь, в которой отец Павел прослужил более 30 лет, после её закрытия была превращена в ресторан татарской кухни. Священник Павел умер в 1927 году. Воскресенский храм в Форосе, где часто молился Андрей Трапезников, вернули верующим лишь в 1990-м году.

Андрей Константинович водил знакомство со многими хозяевами усадеб данной местности. Образованные и высококультурные владельцы имений поддерживали между собой добрососедские отношения. Сохранилась фотография с изображением местного общества этого уголка крымского Южнобережья. В исследованиях крымских краеведов снимок подписывают так: «Проводы начальника почты. У Байдарских ворот». Фотоснимок датируется примерно 1912 годом. Фотография чудом сохранилась благодаря детям и внукам отца Павла Ундольского.

Публикатор фотографии, автор книг об имении Форос и его окрестностях П.П. Фирсов пишет: «Удивляет чёткость и качество фотографии, на которой можно разглядеть даже черты лиц. Место действия – лестница с левой стороны южного фасада Байдарских ворот. Вверху – вершина горы Форос. В этой приятной компании:

1. Иван Николаевич Данилевский, сын известного русского философа Николая Яковлевича Данилевского, владельца имения Мшатка (в километре на восток от Фороса). И.Н. Данилевский среди местных жителей был тогда более известен как мировой судья в деревне Байдары.
2. Андрей Константинович Трапезников, владелец имения Ай-Юри (около Мшатки), крёстный Николая Ундольского.
3. Прасковья Александровна – жена А.К. Трапезникова.
4. Мария Павловна Ундольская, старшая дочь священника П.В. Ундольского, в ту пору учительница школы грамотности в д. Мухалатка.
5. Нина, её младшая сестра.
6. Манефа Александровна Ундольская, жена священника П.В. Ундольского.
7. Тихон Иванович Набиркин, владелец гостиницы у Байдарских ворот, с приёмной дочерью.
8. Настасья Ивановна, жена Т.И. Набиркина.
9. Тирум Иван Андреевич, управляющий имением Меллас.
10. Начальник почты. В группе фотографирующихся также работники телефонно-телеграфной линии».

«Проводы начальника почты. У Байдарских ворот», прим. 1912 год (снимок из семейного архива потомков отца Павла Ундольского)

«Проводы начальника почты. У Байдарских ворот», прим. 1912 год (снимок из семейного архива потомков отца Павла Ундольского)

В 2008 году вышла книга Павла Фирсова «Форос глазами Николая Ундольского». В книге представлены дневники Николая Ундольского – крестника Андрея Константиновича Трапезникова. Записи охватывают значительный временной промежуток, начиная с 1909 года. В лихолетья, выпавшие на долю Николая Ундольского, погиб не только его брат Василий, не выжили в голод после Гражданской войны и брат Сергей, и сестра Любовь. Сам Николай Ундольский прожил долгую, насыщенную драматическими событиями жизнь. Во время войны с нацистской Германией оказался на фронте, в Эстонии попал в плен. Почти четыре года он провёл в Германии в лагерях на принудительных работах. В апреле 1945-го при наступлении Красной Армии оказался на территории, занятой американцами. Позже его вместе с другими бывшими пленными репатриировали на территорию, занятую нашими войсками, откуда Николая прямиком отправили в ссылку в Сибирь, в Кемеровскую область. После ссылки Николай поселился на родине Ундольских во Владимире. Здесь в возрасте 72 лет он написал свои воспоминания. Умер Николай Павлович в 1988 году.

Дневники Николая Ундольского, будучи адресованы только родным, изначально не предполагались для публикации. Тем не менее в 2008 году они увидели свет. Крымский исследователь Павел Петрович Фирсов, ставший составителем, редактором и автором комментариев к данным воспоминаниям, фрагментарно использовал их и в других своих публикациях, ссылаясь на первоисточник.

Привёл он и такое свидетельство Николая Ундольского о его крёстном Андрее Константиновиче Трапезникове и его жене: «Он был человеком с хорошими манерами, а Прасковья Александровна была груба и резка на язык. Приходя в Великий пост в церковь исповедоваться, а потом причащаться, она записывалась в специальную книгу и громко говорила псаломщику, хотя тот её хорошо знал: «Пензенская мещанка Прасковья Александровна Даманина», чем приводила Андрея Константиновича в смущение, т. к., во-первых, они не состояли в законном браке, а во-вторых, она ему не ровня. Он был «потомственным почётным гражданином», а она – всего «мещанка». Несмотря на это низкое звание, она могла его при всех обругать.

Так, однажды она уехала в Севастополь и долго не возвращалась домой. Он пришёл к Ундольским расстроенный: «Нет Пашеньки», и пошёл на Байдарские ворота на почту давать ей телеграмму. Не успели телеграмму ещё передать, как входит Прасковья Александровна. Узнав в чём дело, она не удержалась: «Ах ты, старый дурак, зачем тратишь деньги?» и к начальнику почты: «Давай деньги обратно!». На это начальник ответил, что не может их вернуть, т. к. телеграмма уже записана в кассовую книгу. Много было подобных историй. Только в 1920 году после 30 лет совместной жизни они решили повенчаться. Венчали их в Форосской церкви о. Стилиан из села Скели и о. Павел. Потом в доме Ундольских выпили за «молодых», и Прасковья Александровна, вспомнив молодость, лихо отплясывала «казачка». После свадьбы Трапезниковы прожили вместе всего три года. Сначала скончалась она, а через 2 месяца (!) Андрей Константинович. Хоронили их Ундольские».

Благодаря воспоминаниям Николая Ундольского и трудам исследователя Павла Фирсова стал известен год кончины Андрея Константиновича Трапезникова – 1923-й.

Более тысячи имений Крыма, в том числе и Ай-Юри, после Гражданской войны были национализированы и перешли в собственность Главного управления национальными имениями в Крыму.

Следует отметить, что судьба к кавказским имениям Сибиряковых и Трапезниковых оказалась благосклонной. Ещё сохраняются здания, построенные попечением их доброхотных устроителей. Память же о крымском имении Ай-Юри привязана теперь лишь к одноимённому ландшафту и изысканиям краеведов, кропотливо собирающим её золотые крупицы.

Заканчивая статью, хочу надеяться, что она не завершится публикацией представленного здесь материала, а получит дальнейшее развитие в работах исследователей, изучающих историю родов купцов-благотворителей Сибиряковых и Трапезниковых.

Автор: Татьяна Шорохова, член Союза писателей России, Севастополь. Источник: «Литгазета + Курьер культуры» №17_2017

Метки записи: ,

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.