Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Николай ИЛЬЧЕНКО

Николай Ильченко

"Что остаётся на земле от человека? Народная мудрость гласит: «Посади дерево, построй дом, воспитай ребёнка». ...

Читать далее

Владимир ГУБАНОВ

Владимир Губанов

Севастопольский поэт, бард, журналист. Победитель фестиваля авторской песни «Чатырдаг-2008» в номинации «Автор». Организатор ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Людмила НЕПОРЕНТ. Мой хрустальный кубок

Людмила Непорент. Эссе

Когда меня спрашивают, что же привело меня в поэзию, порой теряюсь с ответом.

Я с детства и в юности хотела стать актрисой. Не случилось. Я стала инженером-строителем. Теплотехником. Эта неосуществлённость прошла острой болью через всю жизнь. И только возраст теперь позволяет об этом говорить. Но я хорошо помню из школы «Закон сохранения Природы»: «…ничто в Природе не исчезает и не появляется вновь, а лишь переходит из одного состояния в другое».

Поэтому ответить на вопрос, что меня привело в поэзию, можно сказав – моя несостоявшаяся артистическая судьба.

Поскольку у меня был свободный диплом, то трудовой путь начался по обстоятельствам не в строительстве, а в школе старшей пионервожатой и учителем черчения.

Будучи по натуре человеком честолюбивым, я всегда хотела доказать себе и окружающим, что способна преодолевать непреодолимое. Мало того, я не могла позволить себе заниматься каким-то делом, не изучив его досконально. И самое амбициозное – я хотела делать не просто хорошо, – я хотела делать это лучше других. И мне это удавалось!

И работать в школе пионервожатой, и выйти с этой школой на первое место в Крымской области в зимней эстафете «Скво-Велли – Артек» (которую проводил Крымский Обком комсомола) …и получить большой хрустальный кубок Зимней Олимпиады в «Скво-Велли…1960 года.

Вспоминаю, за наградой мы ехали в Симферополь в страшную распутицу. Обрушившийся ливень размыл трассу. Около Скворцово, в балке, уже стояли застрявшие машины... Путь преградил размытый участок дороги, скрывшийся под водой, которая доставала до окон автобусов...

Наш автобус водитель повёл в объезд. Там проходила узенькая дамба. Несколько автомашин, не сумев пройти этот участок дороги, скатились с обочины и стояли перевёрнутыми.

Дети, а их 23 человека, дрожали от страха. А я подсчитывала в уме, если перевернёмся, то за каждого ребёнка мне дадут примерно по три года – сколько же мне сидеть в тюрьме придётся?.. До моей следующей жизни!

Автобус еле полз, всё время норовя скатиться с обочины в водоем, через который и проходила эта спасительная, не очень надёжная дорога. Наконец на помощь нам пришёл трактор и вывез на твёрдую трассу.

Мы опаздывали. В театре уже шла торжественная часть, когда мы мокрые и перемазанные вошли туда. На столе президиума стояли награды. Всякие. Выделялись два кубка. Один – конькобежец из чёрного агата, другой – красавец, большой хрустальный кубок. Этот кубок был доставлен в Артек для награды победителю из Скво-Велли, где уже прошли Олимпийские игры. Глаз от кубка оторвать было невозможно! Это сейчас полно хрусталя и всякой красоты… А тогда – мы все попали в сказку! Областной театр, кубок, мы… Дети тихонько перешептывались – кому же достанется это великолепие?

Слышим, победителем среди городских школ Крыма объявляют одну из школ Севастополя (уже не помню номера)! Душа ушла в пятки – мы проиграли!.. Но Севастополю вручают чёрного конькобежца!!!
… Кому же тогда?..

И когда победителем среди школ Крымской области назвали нас и объявили вручение Большого хрустального кубка «Скво-Велли», мы вначале оцепенели, а потом раздался ликующий визг детских голосов, так что пока я шла на ватных ногах за получением кубка, эти голоса сопровождали меня.

Вот он, мой хрустальный кубок! Его плохо видно. Но это единственное сохранившееся фото. Награды вручает председатель Совета дружины Светлана Кулик. Я в белом пальто. Моё лицо закрывает белый лист наградной грамоты. Весна. 1960 год.

Вот он, мой хрустальный кубок! Его плохо видно. Но это единственное сохранившееся фото. Награды вручает председатель Совета дружины Светлана Кулик. Я в белом пальто. Моё лицо закрывает белый лист наградной грамоты. Весна. 1960 год.

Вернулись мы в свой город в два часа ночи, нас на автостанции встречали родители. Переволновались все.

Позже, на протяжении дальнейшей жизни, этот хрустальный кубок стал для меня путеводителем, моей звёздочкой, моей опорой. Я знала, что можно многое преодолеть, если перед тобой стоит цель и ты упорно и много работаешь в этом направлении, если ты сам твёрдо к этой цели стремишься.

А дальше пошла жизнь, в которой мне уже самой пришлось прокладывать дорогу, свои трудные участки пути и, как тот водитель, стараться не скатиться с обочины.

И курировать 26 хозяйств района, и справляться с работой инструктора промышленного отдела райкома партии… И по пояс в снегу, в условиях Кольской тундры, производить замеры проложенных теплотрасс...  Рассчитывать теплопроизводительность 17-ти котельных, выводить нормативы новых методов производства, руководить штатом ИТР, служащих и рабочих в 9-ти военных городках Авиационно-технической базы на Крайнем Севере.

От безысходности, что больше некому учить рабочих самым необходимым навыкам, учила сама.

Например, как надо штукатурить или делать футеровку микроциклонной печи, отчего рабочие чуть ли не в шок приходили – как ровненько у их «начальницы» укладывались лепёшки раствора на стену, как мастерски она владела кельмой…

И ещё оставаться женщиной – шить, вязать, стричь дома своих мужчин, делать себе причёски, принимать в доме друзей… И никогда ничего не жалеть – ни лучшую одежду на работу, ни лучшую посуду на каждый день, и не закрывать накидками красивую мебель…

Путь по жизни был непрост. Порой казалось, огненное кольцо смыкается вокруг тебя – и нет выхода, и кончается жизнь. Но!… Кто-то вёл меня по этой каменистой, скальной дороге, где сбиваешь ноги в кровь; кто-то оберегал меня и спасал в самую критическую минуту.

Был момент, когда жизнь моя висела на волоске, и выжить, как сказали мужу, оставался один шанс из тысячи.

И этот единственный шанс был использован!. Кто-то помог!!! Потому что просто так этого не бывает!

Мне думается, это мои ангелы-хранители: отец, покинувший мир в моём раннем детстве, а позднее – сын… Первый дал силы и мужество пройти назначенный путь, второй – оставил здесь, на Земле, свой неиспользованный потенциал, продлив мне тем самым творческий возраст и остроту восприятия жизни.

Пишу? Нет, не всю жизнь! А с тех пор, как сын в девятом классе  стал пробовать себя в стихосложении, а я – интуитивно править его стихи. Так случилось, что литература не стала моей профессией, хотя неизлечимо со школьной скамьи была больна словом. Его силой, звучанием, правильным его местом в строке. Восприятие слова осталось на всю жизнь.

Именно тогда написаны первые мои стихи «Миссия жить», «Философия на финише», «О себе».

В поэзию входишь подсознательно. Ранимость, острое восприятие окружающего, до феноменальности, цепкая память, позволяющая долгие годы помнить фразы, выражения, интонации, сказанные кем-то, где-то, когда-то; преданность основным жизненным принципам, в каком-то роде сентиментальность и восприятие чужого горя как своего… – всё это компоненты, предполагающие присутствие поэтической души.

Приходят какие-то будоражащие тебя строки, ты с удивлением их записываешь и вдруг чувствуешь, что мысли торопят тебя, – и следующие строчки ложатся на бумагу, тревожат душу, заставляют болеть сердце. И ты уже полностью захвачен историей, которая не отпускает ни днём, ни ночью – пока не будет найдена нужная фраза, необходимая строка и то единственное слово, которое и поставит точку в этом творении.

Однако услышать, увидеть то, что не видят и не слышат другие, почувствовать то, что не чувствуют другие, а потом суметь передать эти чувства словом – этот дар, я думаю, даётся от природы. Но он очень раним. С ним надо обращаться бережно.

Может статься и так: как внезапно он пришёл в твою жизнь, так внезапно может и исчезнуть. Мы знаем в истории прошлых веков и времени нынешнем, как зачастую творческий человек уходит в отстранённость от суетливости дней, уезжает на природу, в деревню или ещё куда – чтобы отдохнула душа, восстановилось поэтическое восприятие и силы физические… Вон, даже компьютер мы всё время обновляем. А тут – живая душа!.. Тем не менее даром этим надо распорядиться правильно, по назначению, оберегая и совершенствуя путь, указанный тебе свыше.

А потому каждый уважающий себя поэт должен хорошо знать эту скучную науку – поэтику, её каноны стихосложения. Так же, как мы должны знать грамматику, чтобы писать грамотно. А музыкант – технику игры, а певец – вокальную технику.

Книги, горечь утрат, преодоление… И снова – книги, одна за другой, и как-то само собой – международные литературные премии, тоже одна за другой... Как я не теряла силы, обходившись без сна – ответить не могу. Вопросы – к Природе. Знаю, я этим жила и видела последний смысл в своей жизни…

Но нет уже почти никого, кому хотелось об этом рассказать, некому уже ничего доказывать… Нет учителей. Нет половины одноклассников, коллег по работе, с кем можно было бы разделить это внутреннее своё торжество – что не подвела, что оправдала надежды хороших людей – моих учителей и руководителей, что выстояла, что состоялась…

Пишу мало. Пишу, когда просит душа, никогда не принуждая себя, и никогда не пишу на заказ.

Но когда я вижу реакцию зала на мои стихи, порою слёзы в глазах, то думаю, значит не зря, значит затронула души! И, тогда, возможно, так и должно быть, и не надо торопиться писать много! Лучше – как?!

В моей книге «Я – женщина» отражены самые светлые страницы моей жизни. И горькие – тоже. Так уж устроено, что грустных моментов, боли и горя в жизни выпадает больше, чем радостей. Но в то же время она (жизнь) так устроена, и так устроен человек, что именно проходя через боль, страдания и горечь утрат, он сильнее и глубже воспринимает и ценит свои светлые дни. Именно невзгоды и горе перестраивают энергетический и интеллектуальный потенциал человека. Заставляют его бороться и выживать. Именно эти грустные моменты делают человека сильным и, как бы это ни звучало парадоксально, – счастливым.

Я не верю в абсолютное счастье без горечи бытия. Иначе мы его, счастье, просто бы не заметили.

Людмила Непорент. Мой хрустальный кубок. Эссе

Моя книга «Я – женщина», это что-то вроде домашнего фотоальбома со стихами. Альбом воспоминаний. Такие, помню, после войны бывали в семьях, когда между фотографиями на свободном месте писали жидкими чернилами любимые стихи... И хотя я делаю это для себя, как итог жизни, уверена, что непривычное издание стихов многие прочтут с интересом. Моё кредо – в стихотворении «Миссия – жить»,
Мой взгляд на творчество?

Поэзия, творчество – это жизнь. Как она есть. С ее минусами и плюсами. Ее шальными чувствами, фонтанирующим ликованием. С ее горем и слезами. Когда плачет душа и стонет сердце. Наиболее глубоко это присуще женщине.

И потому тема в моём творчестве: Женщина. Ее мир.

Женщина, глубина чувств и открытость которой имеют право быть. Быть признанным и достойным трепетного отношения к ней. Женщина – как философия самой Природы.

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.