Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Николай ЯРКО

Николай Ярко

Поэт. Живет в Севастополе. Лауреат Пушкинской премии учителей русского языка и литературы стран СНГ и ...

Читать далее

Николай ИЛЬЧЕНКО

Николай Ильченко

"Что остаётся на земле от человека? Народная мудрость гласит: «Посади дерево, построй дом, воспитай ребёнка». ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Мы помним, как это было: воспоминания жителей осаждённого Севастополя

Разрушенный Севастополь. Таврическая улица

Из воспоминаний жителя осаждённого Севастополя, библиотекаря детской библиотеки-филиала №5 Валентины Константиновны Антипенко (Солодковой В.К.)

 С Севастополем связана вся моя жизнь. Мой дед, Солодков Степан, служил в царское время на флоте офицером. Погиб в Севастополе в 1914 году во время шторма, при возвращении военного корабля с учений в бухту Голландию. Отец, Солодков Константин Степанович, и мама, Солодкова Полина Яковлевна, жили и работали в посёлке Голландия. 

В 1935 году началось строительство Севастопольской ГРЭС и родители перебрались в Инкерман, где отец, а потом и мать работали на строительстве станции. Тяжёлое было время: жили в холодных бараках, продуктов не хватало, работали кирками, лопатами и вручную носили землю на носилках.

Постепенно жизнь налаживалась, семья получила две комнаты в новом доме в посёлке ГРЭС. В семье уже было трое детей: Валентина (это я), Алла и Нелли. С нами также жила бабушка, Наталья Никитична.

Но вот началась Великая Отечественная война. Мне было 5 лет, Аллочке – 3 года, Нелле не было и годика. Город сильно бомбили и обстреливали. На наш посёлок тоже падали бомбы. Жить в квартире стало опасно и всех нас, кто оставался работать на ГРЭС, перевели в Инкерманские штольни. Штольни были поделены на ярусы и отсеки. В верхних ярусах жили гражданские люди, а в нижних располагались военнослужащие. Там были оборудованы нары, на одной из них жила вся моя семья из шести человек. Хлеб и воду выдавали только по карточкам, электрического света не было. Спускались в нижние ярусы по канату. Очень тяжёлым был воздух. Дышать было совершенно невозможно и только ночью мы выходили за порог штольни подышать.

Сёстры Алла и Валя Солодковы с бабушкой.  Севастополь, 1939 г.   Фото из личного архива В.К. Антипенко.

Сёстры Алла и Валя Солодковы с бабушкой. Севастополь, 1939 г.
Фото из личного архива В.К. Антипенко.

Папа работал на ГРЭС и чтобы добраться до станции, он и все другие рабочие ползли вдоль железной дороги, так как с Северной стороны немецкий снайпер отстреливал людей. Папа рассказывал, как страшно было работать. Немцы бомбили постоянно, станция работала и давала электроэнергию всему городу. Станцию покрасили под цвет скал, даже когда мы вернулись в 1946 году в Севастополь, ГРЭС была такая страшная, закопчённая, зияли дыры от бомб. Но и после войны станция работала. Когда в 1942 году немцы проникли на станцию, отец был в составе добровольной дружины, и они силами дружинников удерживали станцию и даже смогли предотвратить взрыв котлов. Немецкие самолёты бомбили Севастополь непрерывно. Такой ужас в памяти до сих пор. Вой машин или самолётов постоянно заставляет вздрагивать всем телом и душой. Настолько в сознании людей осталась война.

Когда немцы подошли близко к Инкерману, нас стали готовить к отправке на мыс Херсонес, но постоянная бомбардировка не дала возможности дойти даже до Корабельной стороны и мы вновь вернулись в штольню. Около 2000 человек находились в штольнях. При бомбардировке погибла наша бабушка.

С 29 июня 1942 года начался обстрел ГРЭС. Немцы замуровали вход и пустили в неё слезоточивый газ. Пребывание в штольнях стало невозможным. Гражданское население с детьми немцы выгнали на поверхность и всех построили. Это было ужасное время: жара, нет воды, нет еды, дети грязные, голодные. Дети все плачут, у мамы на руках грудной ребёнок, моя младшая сестра. А военные остались в штольне и погибли от газа.

Потом немцы нас погрузили на самодельные плоты и переправили через Северную бухту в Сухарную балку. Там детям и женщинам выдали брикеты сухой каши, и мы их ели в сыром виде.

Нас всех вывели из помещения, посадили на землю и стали вести перестрелку из-за наших спин с нашими войсками. Все женщины и дети надели белые косынки, и наши войска прекратили стрельбу. Дальше нас погнали в Бахчисарай, через Мелитополь на Украину, а с Украины обозом в Германию. Но до Германии мы не дошли. Глубокой осенью 1942 года нас оставили зимовать в степях Запорожской области, в скирдах, посреди перепаханных полей.

На дорогах, где стояла немецкая военная техника и обоз с гражданским населением, повозками, в которые были запряжены люди, мы, дети, шли пешком, привязанные к этим повозкам. Наши самолёты стали бомбить технику и обоз и вновь мы надевали белые косынки. Наши лётчики не стали сбрасывать бомбы, хотя рядом стояла немецкая военная техника. Нам пришлось зимовать в скирдах, в соломе. Здесь также не было ни воды, ни еды. Ходили зимой по пахоте и собирали колоски. В начале 1943 года моя семья перебралась к бабушке в село Михайловка Запорожской области, которая была оккупирована немцами. Немцы нашу семью выгнали из этого села и мы опять жили в скирдах. Зимой 1944 года младшая сестра Нелли умерла от голода. Когда началось освобождение Украины, немцы с автоматами подожгли эти скирды и стали расстреливать всех людей. Мы чудом остались живы.

Только в 1946 году мы вернулись в Севастополь, в свой посёлок ГРЭС. И началась наша мирная послевоенная жизнь. Я получила профессию библиотекаря, окончив Харьковский институт культуры. С 1958 года и по сей день я работаю в детских библиотеках Севастополя. Я была заведующей детской библиотекой-филиалом № 3 на Корабельной стороне, заведующей отделом обслуживания учащихся 5–9 классов Центральной детской библиотеки им. А.П. Гайдара, а в настоящее время я работаю библиотекарем в детской библиотеке-филиале № 5 на проспекте генерала Острякова. Моя сестра Алла после ухода на пенсию несколько лет работала сторожем в детской библиотеке-филиале № 5. Я и Алла награждены памятными значками «Житель осаждённого Севастополя 1941–1942 гг.».

GLenta

Севастополь – моя жизнь, моя судьба.  Воспоминания жителя осаждённого Севастополя, библиотекаря детской библиотеки-филиала №1 Нинель Ивановны Гузьменко

Я всю жизнь живу в Севастополе, никуда не уезжала. Вместе с городом я пережила и осаду, и оккупацию. После войны мне вручили памятные значки «Житель осаждённого Севастополя 1941–1942 гг.» и «Юный защитник Севастополя 1941–1942 гг.». До войны я училась в школе № 8 на улице Советской, а когда начались налёты фашистской авиации на школу, нас перевели в подземную школу.

советская школа

Мне было 12 лет, книги и чтение были моим любимым занятием. До войны я посещала Центральную детскую библиотеку на улице Карла Маркса. Мы, старшие дети, спасали дома от зажигательных бомб. Во время обороны города моя мама, Мария Петровна Бунюс, работала в Севастопольском морском торговом порту уборщицей и рассыльной, под бомбёжками и снарядами разносила депеши. В свободное время стирала бойцам бельё, подгоняла военную форму. До войны мама работала швеёй и у нас дома была швейная машинка «Зингер». Мой отец, Иван Гаврилович Гузьменко, работал на подземном заводе в Инкерманских штольнях, в спецкомбинате № 1, изготавливал снаряды и бомбы. Незадолго до оставления нашими войсками Севастополя, 30 июня 1942 года, отца призвали на фронт, где он воевал до 1944 года, а потом мама получила извещение: «Гузьменко Иван Гаврилович пропал без вести на территории Польши».

В то, что Севастополь падёт, мы не верили до последнего дня. Все говорили, что Севастополь не сдадут. Когда бойцы Красной Армии уходили из города, они заверяли нас, мирных жителей, что они вернутся, и чтобы мы держались. А вот когда началась оккупация, в школу я уже не ходила. В июле 1942 года Севастополь заняли немцы, мы с мамой пережили самые тяжёлые годы в нашей жизни – полтора года оккупации. Жили мы тогда на улице Ленина, дом №17, квартира № 4. Из нашей квартиры нас выгнали немцы. Пришли, дали нам с мамой два часа на сборы, если не выполним приказ – расстрел. Ушли мы жить в Петровскую слободку, Пластунская площадь, №9. Приютили нас знакомые по фамилии Мороз. Мы поселились в сарае, в котором хозяева хранили уголь и дрова. Печь, на которой готовили еду, была сделана из выварки, внутри которой были вложены кирпичи. Немцы с собаками постоянно производили облавы. Выжили чудом. Тогда все жили так – жив сегодня, а что будет дальше – неизвестно. Постоянно хотелось есть. Так как у нас была швейная машинка, мама всегда что-то шила, этим и зарабатывала на жизнь.

освобожденный от врагов Севастополь

В мае 1944 года началось освобождение Севастополя. Город очень сильно обстреливали, мы укрылись в разрушенных Инкерманских штольнях. Была огромная радость, что мы остались живы, и что оккупация закончена. Когда бойцы Красной Армии вошли в город, я видела установку «Катюша», а один из бойцов, обслуживающих эту установку, его звали Фёдор, угощал нас конфетами. Жизнь стала налаживаться, я пошла в школу на Корабельной стороне. Мама устроилась чернорабочей на железную дорогу, вскоре мы получили жильё. Город был разрушен до основания, на улицах стояли не дома – скелеты. Нужно было приложить все силы, чтобы восстановить город из руин. Но самое главное было сделано – Победа осталась за нами.

Закончив семилетку, я поступила в Симферопольское культурно-просветительное училище и после его окончания получила диплом библиотекаря, вернулась в родной Севастополь и была принята на работу в детскую библиотеку №1 на улице Киевской. Работала библиотекарем, а затем старшим библиотекарем в отделе обслуживания младшего школьного возраста. После выхода на пенсию перешла на должность гардеробщицы, а сейчас работаю сторожем в любимой библиотеке. В библиотеке-филиале №1 я проработала более 50 лет.

----------------------------------------------------------------

Из книги Канивец Н.В. Мы помним, как это было: Центральная детская библиотека им. А.П. Гайдара в годы Великой Отечественной войны и восстановления народного хозяйства (1941–1957 гг.) / КУ «ЦБС для детей». ЦДБ им. А.П. Гайдара; отв. ред. С.А. Капранова. – Севастополь: Издательство «Дельта», ЧП Кручинин Л.Ю., 2012. – 112 с., ил.

----------------------------------------------------------------

Метки записи:

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.