Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Геннадий КАНДАКОВ

Г.И. Кандаков

Профессиональный моряк, капитан второго ранга в отставке, за перо взялся уже после окончания флотской службы.

Все ...

Читать далее

Николай ТАРАСЕНКО

Тарасенко Николай Федорович

Советский поэт, писатель, журналист. Член Союза писателей России и Украины. Заслуженный деятель искусств ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Николай АЛИПОВ. Мгновение памяти

Паустовский в Ялте_

Константин Паустовский был одним из волшебников нашего города. В Ялте его жизнь становилась в чём-то похожей на жизнь его любимого писателя Антона Чехова. Приходилось подолгу болеть, помногу думать. И не только о себе самом. Больше – о Родине и её будущем. И, может, именно поэтому ему больше всего хотелось трудиться. Больной Чехов любил жизнь и однажды послал своей жене телеграмму: «У нас весна, кричат птицы. В моём саду произошло чудо: расцвела камелия».

В своих книгах Паустовский любил людей с природной стихийной поэтичностью и мудростью, добытой не только из книг. Именно с таким чудаком Терентием, бесприютным бродягой, любившим жизнь и малых детей, познакомил Чехов в своё время и своего первого читателя. В этой чудной сказке сапожник оказывался учителем и воспитывал детей, бродя с ними по лугам и лесам, раскрывая детям красоту этого мира. И не было для этого учителя трудных вопросов, и тайны природы не загоняли его в тупик. Молодой Чехов разрешал ему всё знать и разрешал учить, потому что педагогика Чехова, как и Паустовского, была вдохновлена любовью. Такую любовь часто не видят, но дети чувствуют её и становятся с таким учителем одним целым.

Так, приезжая в Ялту и лечась от астмы, Константин Георгиевич, слегка оживая, всегда спешил в Чеховский дом. Любил сидеть один в саду и молча смотреть на окно чеховского кабинета – закрытое или открытое, смотря по погоде. Приходил он сюда, к истокам своей памяти, которая прочно связывала его с Чеховским домом, с ранней юности до последних лет в Ялте. Обычно писатель жил в Ялте в Доме творчества им. А.П. Чехова.

Паустовский в чеховском саду, Ялта, 1965

Паустовский в чеховском саду, Ялта, 1965

Здесь прошли годы знакомства с Марией Павловной Чеховой, а когда её не стало, то Константин Георгиевич оставался другом сотрудников музея и часто проводил время в беседах с С.Г. Брагиным, помощником Марии Павловны Чеховой.

Однажды мы, ялтинские мальчишки начала 60-х, услышали неожиданный вопрос из уст нашего учителя физики Артёма Петровича Матвиенко: «А хотите увидеть живого Паустовского?» Мы уже прочли тогда его «Чёрное море» и ряд других книг, таких как «Золотая роза» и некоторые рассказы. Мы читали Паустовского и думали, что он живёт в каком-то другом мире дальних стран и больших городов и ему не до нас. А он, оказывается, сейчас живёт у нас в городе, и до него можно дойти!

Выяснилось, что Паустовский, бывая в Ялте, любил ходить с друзьями в кафе при гостинице «Таврида», где они всей компанией пили кофе. Оказалось ещё, что эта гостиница называлась когда-то в Ялте «Россией», а когда Чехов писал в ней свой любимый рассказ «Студент», Константину Георгиевичу было 2 года.

Паустовский на Ялтинской набережной 1965

Паустовский на Ялтинской набережной 1965

Вопрос был повторён – наш физик у нас на глазах становился лириком. «Хотите увидеть настоящего писателя?» – «Настоящего? Обязательно! А где же он?» Артём Петрович помедлил, а потом сказал, что, вероятно, писатель скоро придёт выпить кофе в «Россию» – и он указал рукой в сторону гостиницы, назвав её прежним именем. В кафе он купил нам молочный коктейль и, усадив за стол, строго сказал: «А теперь ждите!». Мы потягивали розовую пену молочного коктейля и ждали…

«Здесь варят самый замечательный кофе в Ялте, и потому он приходит именно сюда», – пояснил физик и поглядывал вместе с нами на дверь. И вот Он вошёл… Невысокий и крепкий человек со своими спутниками действительно заказал кофе. Больше говорило его окружение, а он только слушал и смотрел в упор через свои очки с очень толстыми стёклами. Вскоре пар от кофе поднялся и над чашкой Паустовского. Очки его слегка затуманились…

Это было почти фантастично уже потому, что раньше нам казалось, что Паустовского уже давно нет в живых и что он уже такой же вечный, как Грин, Верн или Купер. Учитель подарил нам чудо встречи, а сам незаметно вышел из гостиницы. Наше воображение разыгралось, и мы не заметили, как это произошло. Старая ялтинская гостиница взбудоражила привычное движение будней и показалась местом, где прошлое на наших глазах встретилось с настоящим. Захотелось взглянуть на мир через толстые стёкла очков Паустовского. Мир как бы стал крупнее и значительнее…

Путешествуя по ялтинским улицам из одного конца века в другой, вновь невольно возвращаешься на бывшую Ауткинскую. Именно отсюда захотелось начать своё необычное путешествие по следам чудаков нашего города, памятуя, что на чудаках мир стоит и ими держится. Именно здесь проходил в самом начале века этот высокий, сгорбленный человек, опираясь на палку. Великие люди в воспоминаниях детей оказываются немножко другими, чем в воспоминаниях взрослых. И палка, на которую опирался Чехов, в памяти одного мальчика становится тростью в памяти другого. Этой тростью Чехов то и дело отбрасывал попадающиеся ему на дороге камешки. Отец мальчика, бывший одноклассник писателя, был крайне удивлён занятию Чехова. Чувствуя вопрос, Антон Павлович проговорился: магометане учат убирать с дороги камни, чтобы они не мешали прохожим.

И теперь, идя той же улицей, прибравшей под асфальт все свои разбросанные камни, думаешь, что, может быть, в том отбрасывании камней с дороги и кроется весь секрет педагогики, подсказанный великим чудаком с тросточкой?

Так когда-то и нас, детей 60-х, оживило воображение, и через годы Паустовский своими «Повестями о жизни» привёл нас к Чехову.

Автор: Николай Алипов, член СП России,  научный сотрудник  Дома-музея А.П. Чехова, Ялта.

Источник: ЛГ+ №13_2017

Метки записи: , ,

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.