Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Мария ВИРГИНСКАЯ

Мария Виргинская

Мария Виргинская родилась в Ленинграде, но ее истинная родина — Севастополь, место действия всех ее произведений. ...

Читать далее

Виталий НАДЫРШИН

Виталий НАДЫРШИН

Виталии Аркадьевич Надыршин родился в Астрахани в 1948 году, но почти всю жизнь ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Сергей НИТКОВ. Тигр

Нитков. Кот

Он был настоящим корабельным котом, познавшим всю романтику, прелести и трудности морской службы, ибо появился на свет в Средиземном море, на качающейся палубе гидрографического судна «Экватор».

В младенчестве, будучи еще совсем маленьким котенком, он прошел крещение морем — его угораздило свалиться за борт в соленую купель Средиземки. Благо рядом оказались моряки, которые тут же опустили сачок за борт, и барахтавшийся в воде котенок мертвой хваткой вцепился в него.

Через секунду он вновь очутился на ставшей ему такой родной палубе корабля.

Котенок подрастал под благодатным южным солнцем, окруженный заботой и вниманием моряков. Он был полосатый — с ярко выраженными темными и светлыми полосками. К тому же его отличала необычайная стать, подчеркнутая широкой грудью и длинными ногами, а также страсть к охоте за птицами и независимый характер. С чьей-то легкой руки за ним закрепилось имя Тигр.

Случилось так, что самые теплые и дружественные отношения у Тигра сло­жились со старпомом капитаном 3 ранга Анатолием Бартышевым. Со временем Тигр оставил матросский кубрик и перебрался на постоянное жительство в каюту старшего помощника

Кот, независимо от времени суток, ходил с Бартышевым на ходовой мостик нести командирскую вахту, проверять несение службы и вахт, снимать пробу на камбузе. Они даже спали в одинаковой позе, подложив под голову один — руку, второй — лапу.

Когда для приема гостей в каюте старпома накрывали стол, то Тигр, даже оставаясь один на один с колбасой и рыбой, к ним не притрагивался, хотя при этом беспрестанно облизывался. Такая сила воли вызывала уважение даже у недоброжелателей кота.

Во время бесконечных разговоров о жизни за столом Тигр пристраивался поблизости и, словно кот ученый, поворачивал голову ОТ ОДНОГО говорившего к другому. Он делал это так непринужденно, что, казалось, будто понимает о чем речь, и следит за нитью разговора.

Каждый день, ни свет ни заря, когда баталер мичман Саков спускался в кладовые выдавать продукты на камбуз, Тигр уже поджидал его там, чтобы получить свою долю.

Как-то Саков, проиграв до глубокой ночи в нарды, проспал выдачу продуктов, так Тигр, обескураженный такой неаккуратностью мичмана, поднял такой шум, соперничая с колоколами громкого боя, что даже командир на ГКП понял, что Саков проспал.

Досталось тогда баталеру. В сердцах тот пнул Тигра ногой, но уже через полдня горько пожалел о содеянном, когда обнаружил у себя на койке следы пребывания кота. Причем весьма впечатляющие следы, оставленные по принципу минных постановок.

Тигр был котом воспитанным и дружелюбным, но при этом не терпел неуважительного отношения к себе. Если кому то сличалось задеть его чувство собственного достоинства, то за этим незамедлительно следовала кошачья месть, которая выплескивалась на дверь каюты или обувь обидчика. В этом наглядно убедились не только Саков, но и командир, механик и многие другие. После чего все твердо усвоили, что к Тигру надо относиться уважительно. Обычно же, при отсутствии признаков вендетты, он справлял естественные надобности, если корабль находился в море, исключительно в ватервейс левого борта, если у стенки — то только на берегу.

Примером того, что кот не позволяет себе лишнего, может служить такой случай. В один из дней старпом закрыл Тигра в каюте и уехал к семье. Через определенное время Тигру понадобилось выйти по нужде, но дверь каюты была на замке. Когда не стало мочи терпеть, кот запрыгнул на иллюминатор и, завидя на баке моряков, начал так орать, что добился-таки своего. В итоге заместитель командира отыскал ключ от каюты старпома и открыл дверь, откуда, сметая все на своем пути, вылетел Тигр и скрылся па причале.

Излюбленным занятием Тигра была птичья охота. Когда на баке не было ни души, в Тигре просыпался инстинкт охотника. Он мог часами караулить птах, чтобы потом молниеносным броском победно завершить дело. Охота привлекала его не только и не столько гастрономическим аспектом, сколько азартом добычи трофеев.

Охотничьи интересы Тигра распространялись и на «второй экипаж» корабля. Уж кому-кому, а крысиному племени Тигр спуску не давал.

В море офицеры приноровились ловить крыс с помощью немудреного устройства брали ящик от пеленгатора, подпирали крышку карандашом и нанизанным на него кружком хлеба. Крыса забиралась в ящик, хватала хлеб, карандаш вылетал, и крышка захлопывалась. Дело оставалось за малым — покончить с грызуном. Из положения выхолили следующим образом. В штурманскую рубку приводили Тигра, офицеры забирались на столы и диван, открывали крышку, и крыса попадала из огня да в полымя — в цепкие лапы кота. На тропе войны с крысами Тигр не допускал компромиссов и не знал пощады.

Но однажды, когда в очередной раз подняли крышку, кот лишь слегка приглушил крысу. Придя в себя, пленница несколько раз пыталась убежать, но недремлющий глаз и когтистые лапы кота каждый раз возвращали ее на исходные позиции. Так они мирно и лежали рядом — кот и крыса.

После очередной безуспешной попытки скрыться крыса забралась на кота, и, обессиленная, улеглась на его спине. Вот это было зрелище! Кто-то успел сбегать за фотоаппаратом, чтобы остановить это мгновение.

Когда старпом забирал из фотосервиса фотографии, то восхищенный этим снимком фотограф даже не взял с него денег, взамен оставив себе на память лишь снимок. Да, гармония в восприятии настоящего творчества — великая сила.

Впоследствии, когда корабль посещали старшие начальники, старпом удивлял их необычайным пристрастием корабельного кота к штурманскому делу. Бартышев заносил в каюту ящик с пеленгатором, и кот, словно чумной, начинал метаться вокруг него обследуя со всех сторон: обнюхивая, припадая к палубе, взбираясь на ящик — Тигр следовал приобретенному рефлексу, ища крысу. Во время этого шоу Бартышев беспрерывно нахваливал штурманские навыки кота. Наконец, озадаченный Тигр, не добившись успеха, виновато отступал, полагая, что оплошал и упустил жертву. Как правило, после этого представления настроение начальства заметно улучшалось, и проверки заканчивались благополучно.

Что касается личной жизни, то и тут Тигр был на высоте. Пока стояли в базе, он переходил на такой распорядок: неделю находился в загуле, устраивая личные дела, после чего неделю отъедался и отсыпался на корабле, накапливая силы для очередного цикла.

Находясь на корабле, Тигр попросту «годковал», ни во что не ставя своего младшего братишку Тишку, который тоже жил на «Экваторе», но обитал палубой ниже — в матросских каютах. В один прекрасный день когда «Экватор» встал к топливному причалу, Тигр решил размяться, а заодно познакомиться с жизнью местных кошек и, пользуясь правом беспрепятственно покидать корабль, сошел на берег. И надо же было такому случиться, что во время отсутствия Тигра на корабль поступила команда — сняться со швартовов и срочно выйти в море. Как только старпом не зазывал Тигра на борт! Дело дошло до того, что для этой цели он использовал даже внешний контур громкоговорящей связи. Но все — тщетно.

Через несколько суток «Экватор» возвратился с моря и стал к родному причалу. Бартышев не мог смириться с пропажей друга и, снарядив катер, пошел на топливный причал искать Тигра. Кота он не нашел.

Прошло еще несколько дней. Старпом горевал пуще прежнего, вспоминая своего любимца, с которым, деля каюту, совершил два длительных плавания в Средиземное море.

Поджидая командира с утреннего доклада, проходившего на флагманском корабле, Бартышев распекал вахтенного у трапа за несоответствие его формы идеалу и вдруг осекся на полуслове. Он заметил на противоположном конце причальной стенки серый комок, двигавшийся по направлению к «Экватору». Бартышев уже не мог оторвать взгляд от него. У офицера защемило в груди.

Невероятно, но факт: завершая свой недельный цикл, преодолев расстояние и опасности, поджидавшие на пути, к родному кораблю направлялся, слегка прихрамывая, грязный, исхудавший, потерявший былой лоск, но по-прежнему гордый Тигр.

То ли навыки штурмании, то ли зов кошачьего сердца помогли ему отыскать свой плавучий дом. Завидя не столько хозяина, сколько друга. Тигр, преодолевая усталость, из последних сил бросился на корабль и через минуту уже запрыгнул на руки и прильнул к груди счастливого Бартышева. мурлыканьем жалуясь на те невзгоды и лишения, которые ему пришлось пережить. И старпому без слов было понятно, о чем мурлычит ему кот.

После этого случая Тигр вовсе «забурел». Теперь он стал занимать кресло старпома, а Бартышев вынужден был ютиться рядом на стуле, решая свои старпомовские дела.

Ну, а что касается братка Тишки, который, воспользовавшись отсутствием Тигра и «уверовав» в конец его власти настолько, что даже пометил часть его владений, то ему, бедняге, не позавидуешь. Тигр так его наказал, что и неудобно рассказывать. Во время построения экипажа он его прилюдно... Словом, обошелся, как с кошкой. В общем, с Тигром шутки плохи.

В награду за удаль, морские и береговые вояжи, верность кораблю и волю, командир распорядился выдать Тигру личный жетон «За дальний поход» и миску отборной рыбы. Он хоть и «тигр», а дары моря страсть как уважает.

Так они и поныне живут в мире и дружбе, не чая души друг в друге, два быва­лых моряка: старпом и кот.

....................................

Об авторе

Сергей Нитков — писатель-маринист, капитана 1 ранга запаса. Член Союза писателей России. Автор нескольких книг, в т. ч.  «Особый случай», «Флотская логика», «Закаленные морем», «Флотские страсти», «Бедные лейтенанты», «Голос моря». Это воспоминания о флотских буднях офицеров, мичманов и матросов, пересказы многочисленных рассказов и байек, которые передаются из уст в уста в кают-компаниях.

 

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.