Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Юрий КРУЧИНИН

Кручинин Ю.Л.

Морской офицер, капитан 1 ранга запаса. Прежде чем стать полноправным хозяином ходового мостика, прошел непростой ...

Читать далее

Владимир ВРУБЕЛЬ

Владимир Врубель

Почти десять лет живя в Германии, Владимир Абович по-прежнему ощущает себя севастопольцем и флотским офицером.

"Я ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ
Задоврожников,Мемуары-3,ч.10

ПЕЧАЛЬНАЯ ДОРОГА

За период оккупации у меня была одна основная и единственная дорога, так совпало. Ходить-то больше было просто некуда, с одной стороны запретная зона, с другой – поверженный в прах город. По этой дороге я гнал в стадо коз, по ней ходил в школу и получать по карточкам хлеб. Дорога шла от дома по улице Спортивной, мимо Кладбища Коммунаров и собачьего бульварчика – с одной стороны и тюремной стены – с другой. Потом через Пироговку, мимо полусгоревших трехэтажных домов, в народе называемых комбинатами, далее по улице Рябова, до ее конца. Там был край города. В этих местах сохранились серые кирпичные двухэтажные здания (кажется, два или три ). Несколько таких же стояли полуразрушенными.

В одном целом здании была школа, в другом в закутке через узкое окошко выдавался хлеб по карточкам, в строго определенное время. Хлеба выдавали мало. На всю семью из пяти человек нес я под полой куртки 2/3 круглой буханки, около полутора килограммов. Дорогу эту мне приходилось преодолевать по несколько раз в день. То, что мне довелось видеть, осталось в памяти навсегда, и лучше бы мне этого никогда не видеть. Читать далее...

Комментарии

Задоврожников,Мемуары-3,ч.8

ЕДА

Проблемы еды оставались актуальными на протяжении всей войны, да и потом тоже. К каким только занятиям по добыче пищи не прибегал народ Великой непобедимой страны. Например, соседка по дому тетя Дуся, простая деревенская баба, служила в столовой немецкого офицерского собрания. Оттуда ей удавалось приносить обрезки и остатки продуктов. Немного перепадало и нам. Какими вкусными казались кусочки эрзац хлеба из кукурузной муки! Однажды на Рождество она принесла остатки от торта – забытый вкус мирного времени. Ведь уже почти два года мне не перепадало ничего сладкого, с натуральным сахаром.

Из кусочков ткани, оставшейся от мирного времени, старых платьев, брошенного в развалках солдатского нижнего белья, мама на старой доброй швейной машинке фирмы «Зингер» шила бюстгальтеры, женские панталоны и трусики, носовые платки, салфетки. Все это бабушка грузила на двухколесную тачку и отправлялась в длительный вояж по деревням вблизи Севастополя, менять на продукты. Спрос на швейные изделия был, ведь никакие магазины не работали. Обмен шел на овощи и кукурузу. Уставшая, но с полной тачкой добра моя дорогая бабушка Мария Васильевна возвращалась домой. Порой она отсутствовала несколько суток. Переживания и волнения нарастали с каждым днем ее отсутствия. Лихие времена, люди пропадали тихо и незаметно. Читать далее...

Комментарии

Задоврожников,Мемуары-3,ч.7

ЛЁНЯ

Лёня. Леонид Юльевич Красов – самый младший сын моей бабушки по отцу Марии Матвеевны. Он был любимцем всей семьи. Когда деда Красова экспроприировали, мой отец был исключен из комсомола, а Лёня каким-то образом остался в рядах КИМа (Коммунистический Интернационал Молодежи) в последующем-- ВЛКСМ. В фамильном доме на ул. Артиллерийской за ним оставили двухкомнатную квартиру. Дед Юлий умер от кровоизлияния в мозг. Не смог пережить утрату накопленного честным трудом состояния. Остатки семьи перебрались в небольшую усадьбу в Кадыковку, под Балаклавой, где Леонид стал комсомольским функционером, а затем был избран на должность первого секретаря комсомола Балаклавского района. В первые дни войны он был призван в армию, о чем свидетельствует старая фотография, где дядя Леня в военной форме, в звании лейтенанта. Фотографию я видел у его дочери Светланы где-то в 80-х годах. Читать далее...

Комментарии

Георгий ЗАДОРОЖНИКОВ. Мемуары-3 ч.6

ЕВРЕИ

Слухи о том, что немцы жестоко расправляются с евреями на захваченной земле, доходили в осажденный Севастополь. Часть евреев, еще до объявления осады разъехалась по городам Крыма, часть была эвакуирована уже из осажденного города. И все же к приходу немцев еврейского населения оставалось довольно много. На что они рассчитывали, на что надеялись? Вероятно, доверились успокаивающей немецкой пропаганде. Действительно, как же так, цивилизованная европейская нация? Другие не видели для себя возможности покинуть родной кров. Сюда же примешивалась боязнь процесса эвакуации под бомбами и страх неизвестности бытия на чужбине.

Пришла Европа. Первым делом заявила о себе приказами, о необходимости ношения евреями белых шестиконечных звезд Давида на одежде, спереди и сзади. Отдельно в приказе означалось: за укрывательство евреев – расстрел. В тот день, когда наша семья покидала свой дом на Подгорной, согласно жестокому приказу военного времени о создании приморской полосы отчуждения (запретной зоны), я впервые увидел на улице Частника людей с нашитыми на пиджаки белыми матерчатыми звездами. Читать далее...

Комментарии

Мы помним... Детская библиотека в годы ВОВ

Центральная детская и юношеская библиотека в период Второй героической обороны Севастополя
(30 октября 1941 г. – июнь 1942 г.)

«Пройдут годы и годы, пройдут века. Люди, защищавшие город, навсегда останутся бессмертными героями великой севастопольской эпопеи. И слово «севастополец» будет понятием долга, мужества и чести.

Александр Хамадан

Для жителей Севастополя и моряков Черноморского флота тяжелейшим испытанием стала Великая Отечественная война 1941–1945 гг. Севастополь в числе первых городов СССР 22 июня 1941 года в 3 часа 15 минут подвергся налёту фашистской авиации. И первыми жертвами войны были мирные жители Севастополя. В Книгу Памяти города-героя Севастополя занесены имена 19 человек, погибших в первый день войны. Об этом впервые написал в своей книге «Возвращение» писатель Геннадий Черкашин. Читать далее...

Комментарии

Черкашин_Рассказы_

Геннадий Александрович Черкашин – писатель-маринист, публицист, историк, учёный, общественный деятель, родился 13 сентября 1936 года в Севастополе, в семье потомственных корабелов. С детства его окружало море, корабли, моряки.

Тема Великой Отечественной войны в творчестве писателя занимает особое место, ведь Геннадий Черкашин являлся жителем осаждённого Севастополя. Он награждён памятными значками «Житель осаждённого Севастополя 1941–1942 гг.» и «Юный защитник Севастополя 1941–1942 гг.». В памяти пятилетнего мальчика сохранились и ужасы первой бомбардировки города, и потеря родных и близких людей. В 1941 году в боях под Киевом погиб его отец, Александр Фёдорович, командир зенитной батареи. В 1942 году мать, Ольга Лукьяновна с сыновьями Геннадием и Игорем, была эвакуирована в Кемеровскую область. В 1944 году, сразу после освобождения Севастополя, семья Черкашиных вернулась в родной город. Читать далее...

Комментарии

Анатолий Семенович Терентьев

26-го апреля ушел из жизни Анатолий Семёнович Терентьев.

Его называли «учителем от Бога». Более 50 лет он преподавал рисование и черчение учащимся балаклавской школы № 30. В каждого из них он вложил зернышко творчества. Потому что дар художника удивительным образом сочетался в этом человеке с талантом учителя и воспитателя.

Анатолий Терентьев воспитал несколько поколений севастопольцев. Среди его учеников – российский космонавт Антон Шкаплеров, полярник Владимир Алексеев, чемпион мира по волейболу Дмитрий Фомин, директор севастопольской художественной школы Александр Бурцев, многие художники, писатели, профессора, руководители крупных предприятий, ведомств и государственных учреждений... Читать далее...

Комментариев: 2

Аверченко-135

27 марта исполняется 135 лет знаменитому уроженцу Севастополя, писателю-юмористу Аркадию Аверченко. Он был одним из тех, кто переживал в Крыму события Гражданской войны. Одним из тех, кто запомнил Крым – последней упрямой крепостью истинной России, не желавшей подчиняться кровавому революционному разгулу. Наконец, одним из тех, кто до последней возможности сопротивлялся самой мысли о бегстве из Севастополя.

Фельетоны Аверченко, летописца русской Смуты, в прошлом году неожиданно приобрели острую и трагическую актуальность. Нам пришлось прочувствовать многое из того, что выпало на долю нашим предкам. И понять одно: никогда, ни при каких обстоятельствах мы не должны покидать свой город. Какие бы слухи не приходили со стороны Перекопа. Что бы нам не внушали паникеры и провокаторы. К этому призывал нас и севастополец Аркадий Аверченко.

Читать далее...

Комментарии

Чикин. Доходники

«Доходники»

Так в Севастополе называют жителей доходных домов. Их жизнь – это полная противоположность патриархальному миру старого домовладения.

Первые этажи домов обычно сдаются под магазины. Остальные занимают конторы, комнаты, которые получают внаём граждане разного достатка. И обстановка в них соответствующая. Поэтому доходный дом – это смесь людей разных уровней образования, возможностей, характеров...

Но есть другой тип доходных домов. В них снимают комнаты, и даже не одну, господа почтенные, с большими запросами и амбициями. Они стремятся общаться только с подобными себе, на выездах используют даже авто, что является невероятным шиком. Читать далее...

Комментарии

Аркадий ЧИКИН. Тайны старых дневников. Глава 10

Мои друзья – Вероника и книги

Книги – верные друзья. Не предадут. Они чисты, откры ты и неповторимы (о настоящих книгах то размышление, а не гламурных). Читать приучила Вероника. Произошло это случайно. Хотя, не помню кто сказал, что случайность – не более чем дремавшая закономерность.

Больше бы таких «случайностей».

С Вероникой познакомились, когда учился в Мужском приходском училище. Жила рядом с ним. Однажды местный хулиган Колька-чёрный (из цыган) стал отнимать у меня мешочек с обедом – она вступилась. Завизжала на всю улицу, привлекая внимание. Колька в недоумении замер. Бросив мешочек около коляски и произнеся «во стерва...», скрылся в подворотне. Вероника подняла мешочек с земли и, отряхнув, положила на мои колени. Так познакомились. Читать далее...

Комментарии