Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Андрей ОСТАШКО

Андрей Осташко

Путешественник, исследователь, экскурсовод, гид-переводчик, автор концептуально-исторических туристических маршрутов и документальных видеопроектов по Крыму ...

Читать далее

Сергей НИТКОВ

Сергей Нитков

Писатель-маринист, капитана 1 ранга запаса. Член Союза писателей России. Заслуженный работник культуры АР  Крым.  Награжден ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Валерий ВОРОНИН. Наследие эпох. Рюрики

Валерий ВОРОНИН. Наследие эпох. Рюрики

Продолжение. В начало

 В 860-м году, как повествуют русские летописи, князь Рюрик был призван славенским народом на княжение. Он поселился вначале на Ладоге, а через два года перебрался в Новгород (или на местность, где возник Новгород). Факт его княжения связан с тем, что между местными племенами не было лада, то есть они не могли выбрать достойную кандидатуру вождя из своей среды, устраивавшую всех.

Казалось бы, почему эти племена, которые доселе спокойно уживались друг с другом, вдруг затеяли распри. И почему они ни с того ни с сего предложили пришлому человеку правление. И кому — варягу… Который, по логике современных историков, должен был исповедовать иную веру, традиции, владеть другим языком и уж точно не думать о благе народа, так неосторожно пригласившего его стать их князем.

Но теперь, когда история с появлением в новгородских землях племени словен прояснилась, стало понятно, почему и возник этот разлад. Конечно, словены желали, чтобы ими (и иными) правил свой человек и по тем законам, к которым они привыкли в Русколани. Местные же племена всячески этому противились, ибо не могли стерпеть чужака, да ещё явившегося издалека.

Именно по этой причине выбор был сделан в пользу варяга Рюрика, он для местных жителей оказался своим, так как был родом из их прежних краёв и принадлежал к древнему роду жрецов Вар. Для словен он тоже не был чужим, ибо по духовной линии и они сами принадлежали к той же когорте жрецов Вар, только к её южной ветви. Так что Рюрик был компромиссной фигурой, на определённом этапе устроившей всех.

Впрочем — всё же не всех. Та «партия власти», к которой принадлежал и автор летописи «Велесова книга», не смирилась с таким компромиссом, считая, что варяг (вар из севера) не имеет права управлять русами-переселенцами с юга, ибо и у них есть свои (жрецы вары?). В тексте летописи об этом говорится несколько раз, из чего можно сделать вывод о том, какие жаркие споры шли вокруг княжения Рюрика. И теперь становится понятно, почему Рюрик никак не мог определиться со своим местожительством. Вначале жил на Ладоге, затем в Новгороде, но, чувствуя недовольство местных жителей, ушёл и оттуда, уединившись в посаде, построенном в виде крепости.

За Рюриком встала часть словен во главе с новгородским князем Гостомыслом, отдавшим за него одну из своих дочерей. Таким образом он желал породнить северные и южные ветви жрецов Вар, создав единый народ, раз уж переселенцам было суждено осесть здесь на долгое время. Как видим из летописи, не всем это было по нраву. Кстати, в этом проявилась и строптивость потомков жрецов Вар с юга. Из «Велесовой книги» можно узнать, как именно было устроено управление народом. Либо через вече и старост, либо через выбор князя (но от коляды до коляды, на семь лет). Речь не шла о вечном правлении. Кроме того, всё решалось на вече (сходе) старейшин или всего народа. Так было в Русколани (в частности, в Суроже, но возможно, и в Бале), так было устроено и в Новгороде.

Фактически, говоря об избрании Рюрика на княжение, можно говорить о мини-расколе, случившемся в среде словен. И этот раскол, судя по всему, для южан (Русколани) был вещью естественной. Вот что об этом говорится в «Велесовой книге», когда речь заходит о землетрясении, погубившем древнерусские города и селения:

Родичи же воевали за власть и многие говорили:

«Не пойдём к Роду, ибо нет покоя огнищанам (очагам),

а будем лучше сами в лесах пребывать или в горах».

И с теми словами родичи (родственники) перессорились,

И весьма сердились и лютовали,

И вот бог Сварог в наказание сотворил великое

смятение горам…

Так что расколы у русов случались, по-видимому, не раз. Что говорило об их вольнодумстве, независимости и жесткости в отстаивании своих взглядов. Из этого же текста видно, что распри возникли не из-за переселения, а ещё раньше, по совершенно другим причинам. Просто в момент переселения случился явный раскол, когда часть русов ушла, а часть осталась. Да и когда за оставшимися спустя триста лет пришёл князь Бравлин, снова случился раскол: одни ушли на север, другие остались на месте, а третьи переправились через пролив и в Тьмутаракани основали новое поселение.

Так что компромиссная фигура Рюрика должна была сгладить ещё один раскол, но теперь уже не в Русколани, а на Новгородской земле. Забегая вперёд, можно сказать, что зёрна крайней независимости от чьей-либо воли очень быстро прижились в Новгороде, наверное, самом свободолюбивом граде на Руси. Что до расколов, то они на Руси случались и позже. Самый яркий связан с патриархом Никоном и его реформой православия. А кто дольше других чинил яростный отпор патриарху? Раскольники (староверы), по преимуществу обитавшие в Северной Руси. Бесспорно, в них взыграла кровь предков, которые собственные суждения ценили превыше всего.

Но вернёмся к временам Рюрика. В летописи «Повести Временных лет» по поводу прихода Рюрика сказано, что варяги, приходившие из-за моря (речь о Балтийском), собирали дань с чуди, словен, веси и кривичей. После чего они изгнали этих варяг и возникли междоусобицы. Поэтому племена стали искать князя, который правил бы ими «по праву». И здесь проявили себя словены, они сказали Рюрику: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приди княжить и владеть нами».

Рюрик пришёл вместе с двумя братьями — Синеусом и Трувором, которые имели собственные дружины и в совокупности представляли довольно внушительную силу. В летописи сказано: «… взяли с собой всю русь». Обычно так называют дружину со всеми их семьями. Может быть, здесь допущена какая-то ошибка? Но нет, действительно словены обратились к племени варяг, которое звалось Русь. И князь Рюрик не просто варяг, а ещё и рус. Такое может быть при условии, что он рус по своему роду, а варяг (из рода варов) по своей духовной ветви.

А где на берегах Балтийского моря могли жить русы-варяги? Ведь просить князя Рюрика на княженье словены ходили «за море»… Но прежде хотелось узнать, а что стало с той землёй, из которой ушла такая масса народу? Она обезлюдела либо была до такой степени обескровлена, что любые соседи при желании могли бы присвоить её себе. Как по принципу: где-то убыло, а где-то прибыло.

Существует исследование, согласно которому Рюрика ранее, до призвания в Новгород, называли унженским князем, возможно, жил он недалеко от реки Онеги. Трудно сказать, так ли это было на самом деле. Ни проверить, ни опровергнуть этот факт я не берусь. Лишь сообщу, что это район Поморья и находится он недалеко от Северной Двины. По прямой между этими реками чуть больше ста километров. А каковы могли быть размеры вотчины у самого Рюрика, тем более у его братьев Синеуса и Трувора, можно лишь догадываться…

Но вот что интересно. Князь Рюрик поселился на Ладоге в 860-м году. Выходит, в это же время все три брата со своими дружинами ушли из насиженных мест. И, естественно, земля эта (Поморье?) обезлюдила. А уже в 870-м году, как только информация о том, что русы покинули свои земли, и охрана золотого Ийомалы, а также сохраняемых здесь древнерусских святынь резко ослабла, разошлась по соседним народам, сюда совершил набег спецотряд скандинавов под водительством Одда. Но они, как было сказано выше, напоролись на дружное сопротивление местных жителей (по нашей версии — стражников из жреческой касты Вар). А ведь ранее, то есть до 870-го года, скандинавы не помышляли о подобных набегах! Значит, твёрдо знали, что шансов достичь результата и при этом остаться живыми, у них не было. Последний раз они наведались в Поморье в 965-м году. Скорее всего, к тому времени все святыни уже были тщательным образом спрятаны, и поэтому более грабители подобных попыток не предпринимали.

Находит своё разрешение и указание о том, что Рюрик «обитал за морем». Совершенно верно. Только он жил не на берегах Балтики, а на берегах Белого моря, куда впадает и Онега, и Северная Двина.

Частично определившись географически с местом вероятного проживания Рюрика, мы не можем не задаться вопросом: почему он считался русским князем, как и вся его дружина, бывшая русской дружиной, если жил он на Варяжской земле? И не важно, где именно — в Поморье или на Балтике.

И здесь требуется вскрыть один этимологический пласт, имеющий прямое отношение к северным землям, о которых сейчас идёт речь. В глубокой древности они называлась Русью. И даже шведы, бесспорно, бывшие коренным народом Скандинавии и всегда претендовавшие на Варяжские земли, считая, что у них на это есть законное право, именовались раньше руссами (рутсами). Так называли себя не только шведы в древности, но и финны (в обращении к шведам), а им вторили и некоторые народы Прибалтики. В данном случае речь идёт об очень старом названии этих земель, и оно, скорее всего, предшествовало сменившей его «Варяжской земле». В этом отношении «Русь» и «Варяжская земля» крайне близки географически (и, возможно, духовно), но их разделяет исторический пласт.

В этом отношении можно говорить о сходности в смене наименований в Русколани: вначале была Русь, затем Русь в совокупности с Вар, и лишь затем Русколань. То, что у южан имелись добрые духовные братья (вары, варяги) на севере, мы уже говорили. Но теперь выясняется, что они ещё были и русами.

Теперь нам становится более ясной и причина одного из расколов, случившегося в общественной среде Русколани: князь Кий практично желал идти на Днепр (и ближе, и на варяжском пути, и земля освободилась после распада гуннской «империи»), а «ортодоксы» из касты жрецов Вар (тавры) считали, что если и уходить, то лишь к своим «братьям по вере», где также была Русь (которую окормляли вары-северяне).

И здесь возникает естественный вопрос: а не был ли сам Рюрик из среды переселенцев «первой» волны? И словены искали его вовсе не потому, что его род был достойным в среде варяг, а потому, что он был «свой», просто приехал в Варяжские земли из Русколани (во времена князя Кия). И поэтому он, как выходец из Русколани, естественно, является русским князем. Что и отмечено в древнерусских летописях на законных основаниях. Если это предположение верно, тогда понятно, что русские святыни из Русколани переносили в Поморье не только потому, что здесь был духовный центр, равный Бале (Сюмболон) с её окрестностями, и не только потому, что здесь тоже когда-то была Русь и жили братья по русской вере (жрецы Вар, варяги), но и была надёжная защита из тех русов, которые пришли и укоренились раньше.

Определённое подтверждение данному предположению можно найти в поведении князя Олега, который правил сразу же после князя Рюрика. Они были близкими родственниками, возможно, старший из них приходился младшему дядей, но есть предположение, что он был братом жены князя Рюрика. В любом случае князь Олег являлся таким же русом, как и Рюрик или любой воин из княжеской дружины.

Олег не стал править в Новгороде. Собрав дружину, он двинулся на Киев и, убив правящих там Аскольда и Дира (считавшихся незаконными киевскими правителями, ибо они были рядовыми варяжскими воинами), стал киевским князем. И киевляне принимали его за своего, что для жителя этого стольного города было неестественно: зачем соглашаться с властью пришлого варяга, если на киевский стол можно поставить своего, и он будет править не хуже.

Князь Олег, когда убил Аскольда и Дира, выманив их из города на берег Днепра, поднял на руки младенца Игоря (сына князя Рюрика) и торжественно провозгласил, что это и есть настоящий князь, ему надо кланяться. И киевляне безропотно подчинились воле Олега. Почему? Разве для них сам Олег или этот малолетний ребёнок, тем более Рюрик, которого они и в глаза-то не видели, могли что-то значить? Выходит, могли.

Но если исходить из норманнской версии происхождения рода Рюрика, действия киевлян, вдруг признавших Олега и малолетнего Игоря в качестве законных киевских князей, и поступок самого Олега, вдруг сорвавшегося с уже ставшего родным Новгорода и двинувшегося в абсолютно чужой и враждебный Киев, кажутся лишёнными логики и абсолютно любого смысла.

Если же исходить из нашего предположения, что и Олег, и весь род Рюрика, и их русские дружины — это потомки переселенцев (с «заездом» в Поморье) из Русколани, то, конечно же, киевляне видели в них не каких-то абстрактных варяг, а представителей своих, русских родов (жрецов Вар), которые ранее могли жить в Суроже, Бале или Карани. Поэтому и приняли их, как своих. Тогда появляется железная логика и в действиях князя Олега с походом на Киев, и в его поступке с Игорем, малолетним сыном князя Рюрика. Так что варяги варягам рознь. Одни (Балтийские) давно отделились от Руси и почти не помнили своих русских корней. Другие же (южные) считали себя истинно русами. В этом и разница в их поведении и в отношении к ним самих русов. Просто мы этой разницы сейчас уже не замечаем, а в десятом веке она была хорошо видна каждому.

-----------------------------------------------------

Воронин В.В. Историческая серия «Русский мост». Трилогия 1. Книга первая. Наследие эпох. – Книга вторая. Престолы Руси. – Книга третья. Сияние Гипербореи. – Севастополь: Издательство «Дельта», 2015. – 480 с.

-----------------------------------------------------

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.