Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Мария ВИРГИНСКАЯ

Мария Виргинская

Мария Виргинская родилась в Ленинграде, но ее истинная родина — Севастополь, место действия всех ее произведений. ...

Читать далее

Владимир ГУБАНОВ

Владимир Губанов

Севастопольский поэт, бард, журналист. Победитель фестиваля авторской песни «Чатырдаг-2008» в номинации «Автор». Организатор ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Валерий ВОРОНИН. Тайна с привкусом вина -1

ВВоронин_Тайна с..._1

Отрывок из романа «Тайна с привкусом вина.». Часть 2. Балаклава

Князь Юсупов

1

Князь Голицын торопился, и это по всему было видно. Поэтому застольная беседа, на которую явно рассчитывал князь Юсупов, получилась скомканной. Вина почти никто не пил, и многие угощения так и остались нетронутыми.

У Альберта вообще сложилось впечатление, что вся эта поездка по южнобережным дворцам и посещением Дюльбера была затеяна с одной целью – заехать в Кореиз и забрать египетские саженцы. Он поделился своими размышлениями с Роже Рони. И тот в знак согласия лишь кивнул головой.

Но каков князь Юсупов! Самое интересное он приберёг напоследок. Когда гости уже собирались вставать из-за стола, князь Юсупов на несколько минут их покинул, а когда вернулся...

Альберт ахнул. Пред гостями предстал восточный султан в сопровождении двух также по-восточному облачённых слуг. Султан, а таковым был сам князь Юсупов, хлопнул в ладоши, и один из слуг, как ловкий фокусник, вытащил некую коробку. Альберт подумал, что сейчас её откроют, а там окажется бутылка коллекционного и, возможно, крайне редкого вина.

Неожиданно послышалась лёгкая музыка. Очевидно, за камином в столовой, где они сейчас находились, были спрятаны музыканты, и они играли что-то напоминающее восточные мотивы. Второй слуга торжественно достал круглый и очень красивый поднос, возможно, купленный Юсуповым-младшим во время путешествия в Египет.

«Султан» вторично хлопнул в ладоши, и тут же из-за камина выскочили две молодые танцовщицы, а следом вышел слуга в чалме с огромным опахалом в руках. Музыканты играли, «восточные» девицы танцевали, а слуга обмахивал опахалом гостей. Настоящее театральное действо!

И пока Альберт рассматривал танцовщиц, один из слуг, очевидно по команде князя Юсупова, вытащил из коробки... нет, не бутылку вина. Там находилась костяная статуэтка. Издали Альберт не сумел её хорошенько рассмотреть, он лишь понял, что это, скорее всего, либо какой-то фараон, либо же египетское божество.

Султан трижды хлопнул в ладоши, и музыка вмиг затихла. Тут же танцовщицы зажгли светильники, исполненные в виде фарфоровых пиал. И теперь с этими «огненными» штандартами они устроились справа и слева от статуэтки, которую слуга установил в центре подноса. А следом – полилась музыка, тихая-тихая, но такая проникновенная, что заползала в душу и замирала на самом её дне.

Султан подошёл к подносу и бережно взял в руки статуэтку. И так же бережно передал её князю Голицыну, при этом торжественно провозгласил:

– Прими сей дар! Это египетский бог Осирис. Он сам сподобил исчислить себя среди других. И возжелал отплыть со мной из Египта в Крым.

Князь Голицын, очевидно, не ожидал такого поворота событий и даже растерялся. Он то протягивал руки к статуэтке, то тут же резко отдёргивал их назад, не решаясь прикоснуться к Осирису, как будто бы он может ужалить.

Альберт смотрел на всё это действо и не понимал, где же здесь заканчивается игра и начинается жизнь. Театр и реальность сейчас так тесно переплелись друг с другом, что пространство и время сместились относительно им предназначавшимся реперных точек. И можно было подумать, что и султан, и Осирис, и все гости князя Юсупова сейчас находятся не в Кореизе, а в самом деле – в Египте.

Наконец князь Голицын взял в руки статуэтку Осириса и искренне поблагодарил князя Юсупова за такой подарок. Сказав напоследок: «Теперь их пара...».

Альберт не увидел рядом второй статуэтки и уточнил у Николя, почему князь говорит о паре, хотя на самом деле, статуэтка-то одна! Но Николя ничем ему не смог помочь. А вот Роже Рони, услышав перешёптывание молодых людей, сказал Альберту:

– Под «парой» надо понимать, я так полагаю, супружескую пару. У Осириса была жена, которую звали Исида, и...

Но Роже Рони больше ничего не успел добавить, ибо в это же самое время стал говорить князь Голицын.

– Князь, я так признателен за этот подарок и за саженцы... Теперь я должник...

Но князь Юсупов ничего не хотел слушать. Какой должник? Чепуха. Это же просто дружеское участие и не более того. Но Лев Голицын был непреклонен, и тогда Феликс Феликсович предложил, чтобы все остались довольны, устроить нечто вроде карнавала в «египетском стиле» с соответствующими переодеваниями и заранее составленным сценарием. Конечно же, и французских гостей надобно пригласить...

Альберт спросил у Николя, что всё это значит. И русский друг ему пояснил, что иногда князь Юсупов устраивает подобные театральные представления. Но не здесь, в Кореизе, а в своём «загородном» охотничьем замке. Он находится в Коккозах – это село, расположенное в самом глухом углу крымских гор. Чтобы туда попасть, надо вначале по серпантину взобраться на плато Ай-Петри, а затем спуститься в горную долину. Этот путь крайне живописен, но весьма утомителен.

Альберт, конечно, видел за Кореизом вздыбленную до небес громаду крымских гор. Они почти отвесно падали вниз к южнобережному побережью и казались абсолютно неприступными. Как туда вообще можно забраться?

– А зачем князь Юсупов устроил свой охотничий замок в таком недоступном месте? – спросил он.

– Там очень красиво...

– Это я понимаю, но...

2

Скорее всего, это «но» заставило и князя Голицына слегка поостыть в необходимости идти на поводу молодого Юсупова, играя роль «должника».

– А как же саженцы? – сказал он. – Их надо посадить... Да и у моих коллег из Франции столько дел... Надо ехать в западный Крым. Мы там ещё не были. Время-то поджимает...

– О! – воскликнул Феликс Феликсович. – А я только собирался отправляться в Балаклаву. Давайте совершим эту поездку вместе, – предложил он.

– Хм..., – князь Голицын задумался, – а что за нужда двигает вас в Балаклаву?

– Отец попросил проверить, как идёт строительство нашего дома. У него есть какие-то сомнения... Но поверьте, много времени эта инспекторская проверка не займёт...

Улучшив момент, Альберт спросил у Роже Рони, в самом ли деле они могут поехать в Балаклаву. И далеко ли она от Севастополя, где находится храм, сделанный в форме пирамиды.

– По карте они находятся рядом, – ответил его наставник, – что же касается рельефа местности, то он мне неизвестен. Думаю, там гор почти нет...

Между тем Лев Голицын и хозяин имения в Кореизе сговорились о поездке в Балаклаву. Определили срок, маршрут и количество людей. Получилось внушительное число. Князь Голицын тоже собирался ехать лично, ибо давно хотел посмотреть, в каком состоянии находится один из винподвалов, относящихся к Массандровскому винзаводу. К тому же, его интересовало общее положение виноградников в Балаклавской долине. Он ранее здесь бывал, и не раз. Собственное мнение имел, но хотелось посмотреть на происходящие перемены, да и вообще...

виноградник

Надо сказать, что в последнее время, особенно после того, как князь передал Новый Свет в Удельное ведомство, его роль, которую он ранее играл, как главный винодел этого ведомства, уже стала сходить на нет. И такая поездка больше не диктовалась служебной необходимостью, скорее всего, была велением сердца.

Когда вышли из столовой во внутренний дворик перед кореизским дворцом, Альберт всё ещё пребывал под впечатлением театрального действа, произведённого князем Юсуповым. И, конечно, попадая под обаяние этого человека, всё более и более им очаровывался. Не в силах сдержать в себе эмоции, он поделился с Роже Рони, который шёл рядом, своими впечатлениями. Тут же к разговору подключились и другие гости князя Юсупова. А князь Голицын вдруг заявил:

– Мы с князем Юсуповым молимся одному и тому же богу. Только делаем это всяк по своему.

– Это как же понимать? – удивился Роже Рони.

– Да как... Я в нём вижу своего учителя-винодела. А князь Юсупов, как натура утончённая и артистическая, относится к нему, как к покровителю театра и литературы.

Альберт шепнул на ухо Роже Рони:

– О ком это он говорит сейчас?

– Надо понимать – о Дионисе, – предположил его наставник, – ибо другой такой личности, кто бы в одно и тоже время считался и богом виноделия, и родоначальником театра и литературы, я не знаю.

– Конечно, я говорю о Дионисе! – провозгласил князь Голицын.

Роже Рони многозначительно посмотрел на Альберта, мол, что я тебе говорил.

– ... Но мне он ближе, как Вакх! Ибо это имя несёт в себе столько яростной силы и древней стихийной мощи, что способно сокрушить на своём пути любые преграды...

Князь Голицын отвёл в сторону хозяина имения и короткое время о чём-то оживлённо говорил, а затем сделал заявление.

– Господа! Прошу внимания. Только что князь Юсупов предложил пройтись по аллее, несущей в себе глубокое мифологическое наполнение.

Феликс Феликсович в подтверждение этих слов лишь слегка наклонил голову. Хотя Альберту показалось, что вовсе не он был инициатором данного предложения.

Миновав фонтан с изящной мраморной девой посередине, гости втянулись в аллею, которая более всего походила на ступени пологой лестницы. В одном месте князь Голицын предложил остановиться и указал на две колонны, стоящие справа и слева от аллеи и представлявшие собой один из элементов декоративного оформления парка.

Альберт взглянул на колонны и на их навершиях увидел бронзовые бюсты людей. Слева была отлита женщина, а справа – мужчина.

– Вы спросите, – сказал Лев Голицын, – что символизируют эти изваяния? У меня есть ответ на данный вопрос. Женщина – это Зинаида Юсупова, мать Феликса Феликсовича. Она здесь изображена в виде нимфы. Очень красивая, можно сказать – неподражаемая женщина. А справа вы видите её мужа – Феликса Феликсовича-старшего. Но не в виде реального и всем известного князя Юсупова, а в виде сатира. А кто такой сатир? Сатиры являлись ближайшими помощниками Диониса. И его самого нередко изображали похожим на сатира. Улавливаете связь?

Альберт понял последние слова князя Голицына следующим образом. Феликс Феликсович-младший свои личные качества актёрства и приверженности к театру и зрелищам впитал посредством родителей. Отсюда его связь с Дионисом. А князь Голицын имеет к Дионису непосредственное отношение из-за естественного увлечения виноградарством и виноделием.

Молодой француз ещё обратил внимание на то, что сатир-Юсупов внешне похож на Вакха, который стоит в новосветском винподвале.

– Вот они, – сказал князь Голицын, – представляют собой крепкую семейную пару князей Юсуповых. А их сын – Феликс Феликсович-младший привёз мне из Египта статуэтку бога Осириса. Которая теперь тоже входит в пару. И Осирис, как бог виноделия в Египте, мною сопоставляется с Вакхом, как одна и та же личность. Но своё предназначение она может исполнить лишь в случае, когда у неё есть пара. Понимаете?

– Чтобы продолжить род? – догадался Роже Рони.

– Да! Ведь фактически род продолжается и по кровной линии, и по духовной, в качестве наследников дела...

3

Через день князь Голицын заложил в Новом Свете небольшую плантацию лоз, которая стала «египетским виноградником» в коллекции князя. Точнее – в коллекции Удельного ведомства. В закладке виноградника самое живейшее участие приняли и французские гости. Это был их первый реальный вклад в создаваемую Академию виноделия.

ВВоронин_Новый Свет_Лев Голицын

Больше всего физической нагрузки досталось Альберту и Николя, которых, учитывая их возраст, коллеги эксплуатировали не стыдясь. Лишь подбадривали время от времени: «Давайте, давайте, это только вам на пользу!».

От такой «пользы» к вечеру Альберт не чуял ног. Но вместе с тем остался доволен и собой, и выполненной работой. Спасибо князю Юсупову, что так вовремя привёз из Египта саженцы и лозу!

Вечером, когда наконец-то представился случай побеседовать с Роже Рони, он сказал:

– У меня складывается впечатление, что наше вино и вино, которое делают русские, – это два совершенно разных напитка, но по какому-то недоразумению названные одинаково.

– Почему ты так считаешь?

– Они вкладывают какой-то определённый, нам непонятный смысл в своё вино. Оно очень тесно переплетается с мифологией и древностью. Я не знаю, как всё это способствует улучшению его качества, но не сомневаюсь, что связь здесь прямая.

– Ты считаешь, что мифология и качество тесно связаны друг с другом?

– Да, я делаю такой вывод после общения с князем Голицыным.

Роже Рони лишь покачал головой.

– Ну, не знаю, не знаю... Конечно, внешний антураж важен. Но, по-моему, твой сегодняшний личный труд на земле более влияет на качество будущего вина, ибо ты делал всё с воодушевлением и радостью.

– Одно не отменяет другого... – не сдавался Альберт.

Роже Рони лишь вздохнул.

– Хорошо, об этом мы ещё поговорим... А сейчас надо укладываться спать. Ведь завтра нас ждёт дорога.

Альберт знал, что рано утром они должны выехать в Ялту, откуда на яхте, вместе с Юсуповым отправятся в Балаклаву. Он втайне гордился, что с такими необыкновенными людьми, как князь Голицын и княжеская чета Юсуповых, он совершит путешествие по Чёрному морю. Будет что вспомнить и о чём рассказать своим друзьям в Шампани.

Но утро следующего дня преподнесло несколько сюрпризов. Ночью разболелся князь Голицын и по этой причине никуда ехать не мог. С ним же осталась и часть французской делегации. Так что в путешествие отправился лишь Роже Рони с Альбертом да Николя с одним русским виноделом.

Уже в самой Ялте, когда садились на борт яхты, выяснилось, что с ними не поплывёт княгиня Ирина – жена Феликса Феликсовича, а также ещё какие-то люди. По этой причине путешествие теряло свою первоначальную полноценность, но приобретало нечто иное. Из-за малости людей появилась возможность получше узнать князя Юсупова и по возможности пообщаться с ним больше.

Надо сказать, Феликс Феликсович оказался прекрасным рассказчиком. И своё путешествие в Египет преподнёс слушавшим его французам так явственно и зримо, как будто они сами всё время находились где-то рядом.

К сожалению, заключительную часть пути в Балаклаву Альберт помнил плохо. В районе мыса Айя поднялся шторм, и яхту прилично качало. Альбер страдал морской болезнью, и сейчас она проявила себя так некстати.

В себя пришёл он уже в Балаклаве, когда вступил на твёрдую землю. Да и то, ему ещё долгое время казалось, что земля под ногами всё время раскачивается, и требуется крепко ухватиться за поручень, чтобы не свалиться за борт.

Дом Юсуповых находился у кромки воды. Был он невелик по меркам того же Дюльбера, но изящен в архитектурном плане. Само строительство, кажется, уже было завершено. Оставалось произвести некоторое декоративное оформление и внутреннюю отделку. Гостей встретил мужчина крепкого телосложения по имени Василий. Судя по всему, он был либо управляющим этого крошечного юсуповского имения на берегу Балаклавской бухты, либо главным строителем.

ВВВ_Смирнов Евгений. Дом Юсупова в Балаклаве

Здесь, на небольшом земельном участке, в тени какого-то дерева, Альберт и приходил в себя, расположившись в плетённом из лозы дачном кресле. И пока остальные гости с разрешения князя Юсупова осматривали дом, Альберт лицезрел противоположный берег и глубокую расщелину в нём, которая, как выяснилось позже, имела название Кефало-Вриси.

В глубине этого ущелья виднелась какая-то мелкая постройка, а также несколько деревьев, посаженных так, что они образовывали прямоугольник. Вероятно, это было чьё-то землевладение, устроенное в весьма экзотическом месте.

Спустя некоторое время и гости, и хозяин особняка сосредоточились у дерева, под которым отдыхал Альберт. Князь Юсупов объяснил, что дела задерживают его на какое-то время в Балаклаве, а чтобы виноделы не теряли время зря, они могут покинуть этот дом и в сопровождении провожатого осмотреть окрестности Балаклавской долины. Тем более что подобная экскурсия предусматривалась изначально. Князь Голицын дал достаточное число наставлений, где и с кем французам и Николя необходимо встретиться, с кем и о чём поговорить и какие именно виноградники осмотреть. Так что здесь участие князя Юсупова вовсе не требовалось.

К тому времени Альберт уже полностью пришёл в себя и был готов следовать за Роже Рони куда угодно. Собственно, следовать пришлось за шустрым мальцом, которого выделил в качестве провожатого управляющий Василий. Звали его Георгием, а французы тут же переиначили его имя на свой лад – Жорж. Этот Жорж был каким-то родственником Василия, но что главное – прекрасно знал окрестности Балаклавы и всех её жителей.

Читать далее

 ---------------------------------------------------------------------------------------

Воронин В.В. Историческая серия «Русский мост». Трилогия 3. Книга первая. Золотой Дом для птицы Феникс. – Книга вторая. Тайна с  привкусом вина. – Книга третья. Зеркало Исиды. – Севастополь: Издательство «Дельта», 2017. – 520 с.

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.