Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Сергей ГОРБАЧЕВ

Сергей Горбачев

Капитан 1 ранга запаса. Член Союза журналистов России. Председатель Союза журналистов Севастополя.

Читать далее

Нина ОРЛОВА

нина орлова2015_

Поэт и музыкант Нина Орлова живет в Новосибирске. Она пишет стихи и песни, ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Валерий ВОРОНИН. Царская копейка

Царская копейка. 1 глава

Часть 1. Два солнца

1

Зачем я сюда пришёл? Если бы кто-то задал мне этот вопрос, я не нашёлся бы с ответом. Нет, в самом деле, ситуация смешная. Чужой человек заходит к чужим людям на их частное подворье и начинает с интересом рассматривать всё, что видит перед собой. Можно подумать, что он (то бишь я) ошибся с адресом. И сейчас, устраняя оплошность, следует незаметно уйти, пока тебя не окликнули хозяева. Или, того хуже, не учуяла злая хозяйская собака.

Но я топтался на месте, не решаясь повернуть к калитке. Что меня здесь удерживало? Даже не знаю. Скорее всего, одно воспоминание. Я уже однажды здесь был. Правда, очень-очень давно. Нет, не в прошлой жизни, как подумали некоторые, но действительно давно. Лет тридцать тому назад. Я посчитал – получалось даже «с хвостиком». И «хвостик» оказался приличным. Да, время идёт...
В этот момент откуда-то сверху (как мне показалось) раздался женский возглас: «Кирилл!».
Я вздрогнул. Так звали меня. Но откуда здесь... Меня же никто не знает...
– Кирилл! – в женском голосе послышались требовательные нотки.
И я, чтобы не выглядеть глупо, был вынужден обозначить собственное присутствие.
– Что?
– Да где ты?
– Возле калитки... – отозвался я.

В этот момент где-то хлопнуло окно. Очевидно, оно находилось на втором этаже дома, но за густыми зарослями деревьев мне его не было видно. Я припомнил, что этот старый дом, в самом деле, двухэтажный. Впрочем, какое это имеет сейчас значение? Меня «рассекретили». И теперь надо подыскать подходящий повод для моего вторжения в чужие пределы. Вот уже слышно, как кто-то шлёпает в летней обуви мне навстречу...

В тот же миг я увидел женщину. Она была в лёгком летнем и очень коротком платье. Если бы не объяснение, которое мне сейчас грозило, можно было бы ей залюбоваться. Но...
– Эй! – крикнула она. – Вы кто такой?
– Кирилл, – пролепетал я, конфузясь от её взгляда, – вы же сами позвали меня...
– Вот нахал!
На мгновение женщина даже остановилась.
– Какой же ты Кирилл?
– Настоящий... – возразил я. – Могу паспорт показать.
Но в этот момент на шум вышел мужчина приблизительно моих лет. Он появился так неожиданно, что я даже растерялся.
– Вот! – грозно сказала женщина. – Полюбуйся! К нам всякие проходимцы заходят во двор. Да ещё и прикрываются твоим именем.
Мужчина кашлянул.
– Вы кто?
Мне пришлось представиться: «Кирилл Граб».
Я тут же полез в дорожную сумку и вытащил свою барсетку, в которой лежало несколько визиток. Одну из них я протянул женщине. Понятно, паспорта со мной не было, но и визитка для начала тоже неплохо.
– Кирилл Граб... – вслух прочла она. – Надо же!
Мужчина взял из её рук визитку и тут же усмехнулся.
– Надо же! Ещё один Кирилл...
Он подал мне руку и представился:
– Кирилл Руданский. Писатель.
В ответ я назвал себя:
– Граб, Кирилл, строитель.
Мои новые знакомые рассмеялись.
– Надо же. Теперь у нас появился Кирилл-строитель!
Я не знаю, чем была вызвана столь бурная реакция на мою профессию. Может быть, они строителей не любили? Но долго размышлять по этому поводу не пришлось. Ибо женщина, которую, как выяснилось, звали Ольгой, и она была хозяйкой этого дома, а мой тёзка – лишь её гостем, тут же спросила:
– Так что вас, Кирилл-строитель, привело к нам?
Мне не очень понравилось её обращение ко мне. В той ситуации, в которой я вынужденно оказался, требовалось проявить терпение и выдержку.
– Я могу объясниться... Дело в том, что прежде я бывал в этом доме. Точнее – в этом дворе...
– Что-то я вас не припомню, – сказала Ольга, – хотя на память не жалуюсь.
– Это давно было, – поправился я, – более тридцати лет назад.
Ольга посмотрела на Кирилла-писателя.
– Звонок из прошлого?
– Да, – согласился он и тут же спросил:
– Так вы были знакомы с предыдущими хозяевами дома?
Я вздёрнул плечами.
– И да, и нет...
– Это как понимать? – удивилась Ольга.
Пришлось внести в мой ответ необходимое уточнение.
– Меня сюда когда-то привёл один пожилой человек. Он раньше жил неподалеку. А этих жильцов он знал, и они его тоже. Вот собственно и всё.
– А зачем он привёл вас сюда? – уточнил Кирилл-писатель.
Я вздохнул.
– Это долгая история.
– Ладно, – согласился мой собеседник, – нам она, скорее всего, не интересна. Но с какой целью вы снова сюда пришли?
Я опять вздёрнул плечами.
– Так сразу и не скажешь. Ноги сами привели...
Ольга подозрительно посмотрела на мои ноги. Под её взглядом я даже сделал небольшой шажок назад.
А Кирилл ещё раз посмотрел визитку и уточнил:
– Так вы и в самом деле строитель?
Я утвердительно кивнул головой.
– Да. Всю жизнь работал на стройках. Мотался по объектам из города в город. А сейчас осел в Балаклаве. Это недалеко отсюда. Вспомнил, как в юности бывал в здешних местах. Вот и решил посетить этот дом.
Ольге моё объяснение, очевидно, понравилось, ибо она неожиданно сказала:
– Это хорошо, что строитель. Тебе ведь нужен был такой человек.
Кирилл вздохнул.
– Нужен... Но какой от него прок? Он ведь уйдёт через минуту, и мы его больше никогда не увидим.
– А ты предложи ему чаю выпить...
Пока Кирилл соображал, Ольга улыбнулась мне и игриво сказала:
– Вы ведь не окажетесь от чашечки чая, раз уж оказались у нас в гостях?
Я отказываться не стал.

2

Через минуту мы уже сидели за столом в уютной гостиной, а рядом пыхтел чайник, который предвещал начало более тесного общения с хозяевами. Я с любопытством поглядывал на стены гостиной, которые были увешаны картинами, Некоторые из них мне показались интересными. Чуть позже выяснилось, что Ольга – художник. И всё, что я сейчас видел, – её работы. Так что за одним столом кроме писателя и строителя оказался и художник.
– А почему поставили четыре чашки? – уточнил я у Кирилла.
Но он лишь головой кивнул, мол, сейчас узнаешь. Долго мне ждать не пришлось. Вскоре скрипнула дверь, и на пороге показался высокий седовласый мужчина. Он удивлённо посмотрел на меня, а Кирилл-писатель тут же представил нас:
– Знакомьтесь, это Вячеслав – муж Ольги. А это – Кирилл.
Вячеслав улыбнулся.
– Кирилл? Что, ещё один?
– Ага, – откликнулась Ольга, – причём строитель.
Мы пожали друг другу руки, а Кирилл воскликнул:
– Ну что же, нас за столом четверо!
– Как и должно быть, – поддержал его Вячеслав.
Я ничего не понял из этого диалога, поэтому лишь улыбнулся. На всякий случай.

Попив чаю, Кирилл предложил мне осмотреть коллекцию Ольгиных картин. Я с готовностью согласился. Тем более, что с места, где сейчас сидел, многие не были видны. Ольга сама принялась комментировать своё творчество. И вскоре я понял, что попал в среду необычных людей. В этом доме царил дух таинственности, тонких творческих энергий и чего-то такого необычного, что и словами-то выразить невозможно. Интересно, как им живётся в этом доме, какие провидческие сны видятся по ночам?
Из задумчивости меня вывел голос художницы. Мы стояли у картины, на которой была изображена какая-то старинная башня. А за ней висела луна с одинокой звездой и проглядывали неясные контуры гор. Мне этот пейзаж показался достаточно знакомым. Нет, речь не о башне, а о контурах гор.
– Что-то знакомое... – неуверенно сказал я.
Ольга улыбнулась.
– Идите за мной.

Мы вышли на улицу и поднялись на пригорок рядом с домом. Именно оттуда, взглянув на возвышающийся вдалеке горный массив, по очертаниям которого я определил, что это гора Бойко, я, конечно же, уловил явное сходство с рисунком.
– А где же башня? – невольно вырвалось у меня.
– Её нет.
– Это фантазия?
– Ну, в общем – да. Только не моя.
– А чья же? – удивился я.
– Кирилла. Он её ощущает и даже готов отстроить на том самом месте, где якобы она была в незапамятные времена. Я лишь нарисовала её, вдохновившись его рассказами.
– А что это за башня?
– Называется – башня Юпитера. Но о ней лучше поговорить с самим Кириллом. А то я могу что-то перепутать.
Мы вернулись в дом, и я сразу же подступил к Кириллу с вопросом о башне Юпитера. Но мой новый знакомый быстро остудил моё любопытство. Мол, это очень долгий разговор, к тому же первому встречному он, якобы, не может доверить сокровенное. В его словах была правда. И мне было жаль, что я не смог ничего узнать об этой башне.
Вячеслав, слушавший наш разговор, отозвал меня в сторону и шепнул на ухо:
– Сейчас Кирилл пишет об этой башне книгу. И до её окончания ни с кем на данную тему говорить не станет.

Я всё понял. Но сам писатель, чтобы хоть как-то утешить меня, вдруг проронил:
– Здесь всё пронизано силой Юпитера. Выражается это по-разному. Например, видимое проявление было зафиксировано во время нашего чаепития...
– Да? И какое же?

Гора Бойко

Я скосил взгляд на стол, желая разглядеть в чём-то знак Юпитера. Может быть, сам чай, который мы пили, как-то связан по названию? Но ничего интересного мой взгляд не «зацепил», и я отвернулся от стола.
– А жаль! – рассмеялся Кирилл. – Вы только что увидели знак Юпитера, но не сумели расшифровать его.
Я снова посмотрел на стол. Пустые чашки из-под чая. Сахарница, горка печенья на белой тарелке... Клеёнка, покрывавшая столешницу, не имела явного рисунка...
Видя моё замешательство, Кирилл подсказал:
– А сколько чашек на столе?
– Четыре.
– Вот! Чаёвничали четыре человека. Вот вам подсказка – четыре! Число Юпитера. Это и есть сакральный знак! Если бы вы не заглянули к нам в гости, он бы не проявился...

Я взял в руку чашку, из которой только что пил чай. С сомнением повертел её в руках и поставил на место. Довод Кирилла, связанный с числом «четыре», показался мне сомнительным. Но спорить я не стал. В конце концов, каждый у нас имеет право на собственные заблуждения и собственные откровения. Иногда одно от другого отделить крайне сложно. Тем более человеку постороннему, каковым я сейчас и являюсь.
Нашу беседу прервала Ольга.
– Ну, вы будете ещё мои картины смотреть?
Я тут же отошёл от Кирилла и стал слушать пояснения художницы. Иногда они требовались, иногда были излишними. И тогда Ольга замолкала, ожидая вопросов с моей стороны. Но я лишь качал головой и молчал. Говорить не хотелось. Хотя...
Возле одной картины я задержался надолго. А затем спросил:
– Что это?
– Два солнца, – сказала Ольга.
– Что за фантазия странная. Почему сразу два?
– Это всё Кирилл... – пояснила художница. – Я рисовала, как и некоторые другие свои работы, исходя из его рассказов.

Я снова перевёл взгляд на картину. Два солнца притягивали мой взгляд к себе всё сильнее. Видя неподдельный интерес к картине, Кирилл, наблюдавший за мной, пояснил:
– Это не фантазия моя. Просто однажды я действительно стал свидетелем такого необыкновенного явления.
Я удивился. Надо же! Два солнца. Но где, мол, подобное Кирилл мог лицезреть, не без сарказма решил я уточнить.
– На мысе Айя, что на юго-западном побережье Чёрного моря, – послышалось в ответ.
Я вздрогнул. На этом мысе я бывал не раз. Непростое местечко. Недалеко от Балаклавы. Но чтобы увидеть два солнца...
– Разве такое возможно? – с сомнением в голосе спросил я.
Кирилл утвердительно кивнул головой.
– Поверьте, я не вру.
– Может быть, это обман зрения?
Кирилл улыбнулся.
– Может быть...
Было ясно, что переубеждать меня он не собирается. Хочешь – верь, хочешь – нет. Главное, вот она – картина. А на ней два солнца.
В этот момент я услышал пояснение Кирилла.
– Известно одно древнее предсказание, что явление двух солнц связано с кардинальными переменами в истории нашей цивилизации.
– Положительными или... – осторожно уточнил я.
– Кардинальными, – повторил писатель.

Я понял, что он и сам не знает, о каких именно изменениях идёт речь. Впрочем, стоит ли его в этом винить? Сказал же – «кардинальными». Разве этого мало?
– И вы считаете, что увиденное явление как-то связано с тем древним предсказанием?
Кирилл нервно вздёрнул плечами.
– Не знаю... Я уверен лишь в одном. Твоё появление в этом доме на сто процентов связано с явлением двух солнц. Одно вытекает из другого.
Я удивлённо поднял брови. О чём это он?

3

Видя моё непонимание, писатель пояснил:
– Просто с мысом Айя у меня многое связано.
И он стал рассказывать, как занимался исследованиями, которые правильнее бы назвать изысканиями, связанными с тайнами Крыма. Как нашёл древние свитки в Балаклаве, которые были им идентифицированы как легендарная Голубиная книга. И что необычно, именно через «посредство» мыса Айя удалось расшифровать и прочесть эти свитки. И тогда в кульминационный момент наибольшего внимания Кирилла к теме «Мыс Айя» и возникло это самое явление «двух солнц».
В то время Кирилл и уверился, что расшифровка свитков как-то связана с легендой о «явлении двух солнц». О будущих кардинальных изменениях в судьбе нашей цивилизации. По мере «выстраивания» сюжетных линий, вытекающих из древних свитков, Кирилл писал книги, которые, в конце концов, «выросли» в целую историческую серию, которую он так и назвал – Голубиная книга.
– А как ваша фамилия? – спросил я.
– Руданский.
– Именно под ней вышли эти книги?
– Да.
– Странно... Я никогда не слышал о писателе Руданском и о Голубиной книге. Точнее о том, что в древности такая книга была, мне известно. Но чтобы в современном варианте...
– У моей книги небольшой тираж. И большой известности она не приобрела. По крайней мере – пока. Читали её лишь те, кому это крайне нужно было. Очевидно, в этот круг вы пока не попали.
Я согласился. Очевидно, не попал... Но теперь, после знакомства с автором, вполне можно было надеяться на знакомство с его трудами. Именно поэтому я и поинтересовался, нет ли у него под рукой хотя бы одной из книг.
– Нет! – рассмеялся Кирилл. – Я с собой Голубиную книгу не вожу.
– Как нет? – возразил Вячеслав, который всё это время молчал. – По-моему, Ольга недавно перечитывала одну из них. Так ведь?
Ольга утвердительно кивнула головой.
– Книга на тумбочке, возле моей кровати лежит...
Вскоре я держал в руках блестящий томик с обложкой голубого цвета. В представленном мне экземпляре содержалось два романа: «Ключи от Рая» и «Лунный танец Девы». Быстро пролистав несколько страниц, я убедился, что лихой кавалерийской атакой эту крепость мне не одолеть, поэтому простодушно спросил:
– О чём здесь написано?
– О сияющих, – быстро сказал Кирилл, – слышал о таких?
– Нет... – признался я.
– Что же вы ничего не знаете? – всплеснула Ольга руками. – Ни о Руданском не слышали, ни о его Голубиной книге, ни даже о сияющих.
Я неопределённо повёл плечами. Что же теперь делать? Не все ведь «продвинутые», как хозяева этого дома.
Но Кирилл не был столь категоричен в оценке моих знаний. Он просто сказал:
– Нет-нет, о сияющих вы, конечно, знаете. Я в этом уверен. Просто известны они вам под другим именем.
– Может быть... – я согласился с его словами. По крайней мере, они не казались мне обидными, – И под какими же?
– Надеюсь, вы слышали об египетских богах Тоте, Горе, Исиде или Осирисе?
Я утвердительно кивнул головой.
– Так вот они объединены ещё и общим признаком: они – «сияющие». Понятно?
– Понятно. Но... Так вы египтолог?
Кирилл отрицательно замотал головой.
– Вовсе нет! Я пишу о «сияющих». Просто в Египте их когда-то приравняли к богам, и с древних времён почитают за таковых. Но на самом деле, эти выдающиеся личности были живее всех живых и жили в разных местах. В том числе – в Крыму. Причём здесь, у нас – прошла значительная и, возможно, самая важная часть их жизни.
– Кирилл! Вы меня искренне удивили. Я ничего об этом никогда не слышал. Но... Но почему ваши книги не известны людям? Почему вышли мизерными тиражами, если они содержат столь бесценную информацию? Она ведь – мирового значения и касается каждого...
– Я и сам задавался этим вопросом. Почему так? И лишь сейчас, спустя годы, когда моя Голубиная книга почти дописана, я начинаю кое-что понимать. Очевидно, все сведения, которые я почерпнул из древних свитков, хотя и должны быть приданы гласности через мои книги, какое-то время должны существовать в ограниченном доступе. Почему так? Возможно, это, как бы говоря, своеобразная мина замедленного действия. Она взорвётся лишь тогда, когда накопится необходимый потенциал её мощности. Иными словами, пока сведения и факты моей Голубиной книги не преодолеют какой-то критический рубеж. И они же прорвут некую плотину или, если вам угодно, затор, мешающий людям правильно воспринять то, что я доношу до их сознания через Голубиную книгу.
– И когда же этот момент настанет? – уточнил я.
Кирилл лишь руками повёл.
– Почём я знаю...
А помолчав, добавил:
– Но я в последние годы стараюсь жить, сообразуясь с Голубиной книгой. Она полностью подчинила меня себе. И нынешний мир людей мне уже малоинтересен. Кстати, и моё появление в этом доме напрямую связано со сведениями, которые я почерпнул из древних свитков.
– Там говорится об этом доме? – удивился я.
– Нет, конечно. В древности его, конечно же, не было. Но место, где мы сейчас находимся – там отмечено чётко. Вот поэтому я здесь.
Кирилл улыбнулся и предложил повторить наше чаепитие. Я не возражал. За короткое время на мою голову вылилось (или высыпалось?) столько новой информации, что требовалось время, чтобы её как-то упорядочить и разложить по полочкам. Ольга с нами чай пить не стала, а вот Вячеслав согласился. Но он пил свой, зелёный чай. А мы с Кириллом налегли на «чёрный».
Отпивая горячий напиток, я краем глаза посматривал на висящие рядом картины. Уже не знаю, почему я снова обратил на них внимание. Может быть, этот разговор заставил меня по-иному оценивать то, что было на них изображено? И это переосмысливание касалось теперь не только Ольгиного творчества, но и моего собственного поступка, связанного с желанием посетить этот дом.

4

Мои размышления прервал Вячеслав. Он неожиданно, а может, и ожидаемо для данной ситуации, спросил:
– И всё-таки, что привело вас сюда? Уж слишком шаткой выглядит конструкция из вашего объяснения о необходимости посетить наш дом.
Конечно, я ждал, что мне зададут этот вопрос. Но не думал, что он будет задан в такой витиеватой форме. Мысленно я уже готов был на него ответить, поэтому сказал то, что припас в качестве «козырной карты».
– А я, знаете, тоже написал две книги, – выпалил я и победоносно посмотрел на своих собеседников, – и именно они привели меня сюда.
На мгновение за столом наступила мёртвая тишина, которую прервала Ольга, стоявшая где-то за моей спиной.
– Но вы же утверждали, что являетесь строителем?
– Так и есть. Но это не помешало мне написать две книги.
– Они о строительстве? – осторожно уточнил Вячеслав.
– Отчасти... – уклончиво ответил я. – Да и то – первая из них...
– Не этого ли дома? – со смешком в голосе уточнила Ольга.
– Нет, не этого. Хотя и о нём я кое-что написал.
Кирилл кашлянул.
– Это уже интересно. Вы непростой строитель, как мы видим. Может, расскажете нам, чем же всё-таки привлёк вас этот дом, и почему вы, спустя столько лет, снова пришли сюда? Думается, не из праздного любопытства и не из-за ностальгических воспоминаний. Я правильно думаю?
Мне ничего не оставалось, как согласиться с доводами писателя. И вот что я сказал:
– Вообще-то меня зовут Киром. Так с детства пошло. А «Кирилл» – это для официальных приёмов и для чужих людей.
Ольга посмотрела на Кирилла-писателя.
– А почему у нас никогда не возникало желание также назвать тебя?
Писатель молча указал на меня пальцем и пошутил:
– Потому, что один Кир уже есть.
Вячеслав, слушавший наш разговор, вставил свои «пять копеек»:
– Зато теперь можно вас не путать: один пусть остаётся Кириллом, ну, а второй пусть будет Киром.
Так нас и разделили, как сиамских близнецов.
Между тем, я приступил к своему рассказу. Конечно же, начал с того, что, как и любой порядочный строитель, увлекался архитектурой. Именно поэтому ещё со студенческих лет стал изучать тонкости и нюансы архитектурных приёмов, используемых зодчими при возведении тех же южнобережных дворцов. Рассказал, как ещё в молодые годы узнал о тайнах, которые хранит в себе охотничий дом (замок) князя Юсупова в селе Соколином. Причём, эти тайны запечатлены и в архитектурных элементах, и в подземельях, где мне однажды удалось побывать.
– Так ведь Соколиное совсем рядом с нами! – воскликнул Вячеслав. – Сразу за массивом Бойко.
Я согласился с ним, добавив, что именно юсуповская охотничья усадьба стала отправной точкой для моих дальнейших изысканий, в том числе – в соседних сёлах. Среди них оказалось и Счастливое.
– Однажды я познакомился с одним стариком, – продолжал я, – он доживал свои годы в Счастливом. А в молодые годы – участвовал в строительстве юсуповского имения в Соколином. Он-то и рассказывал мне многое... Кстати, и о связи этого дома, где мы сейчас сидим, и юсуповского охотничьего замка. Тот старик и приводил меня сюда...
– Это уже интересно! – воскликнул Кирилл. – Выходит, замок в Соколином и этот дом в Счастливом в определённом смысле – «родственные души»?
– Так и есть, – согласился я, – хотя здесь связь очень тонкая. Тем не менее, её крепость очевидна. Это и заставило меня прийти к вам.
– Чем больше вы рассказываете, – сказал Вячеслав, – тем больше важного для всех нас «уходит в тень».
Я с ним согласился. Но как по-иному, в нескольких словах, передать ту прорву информации, мне известной, но для восприятия другими людьми достаточно сложной? И тогда я сказал:
– Мне известно, что в здешних местах находится древняя духовная система. Её ещё можно назвать Порталом. Центральная часть его – на горном массиве Бойко, а составные элементы – в самых разных местах. Причём, один из них, из числа основных – как раз на территории вашей усадьбы. Дом здесь построен вовсе не случайно. Люди возводили его, я бы сказал, зряче. Хорошо понимая, что и где надо строить.
Кирилл хлопнул в ладоши.
– А я что тебе говорил!
Обращался он не ко мне, а к своему другу. Очевидно, продолжая давний разговор. Вячеслав утвердительно кивнул головой.
– Здесь ты прав...
А обращаясь ко мне, пояснил:
– Мы долго спорили о предназначении этого дома. Кирилл уверял меня в необычности данного места и о наличии древних тайн, которые оно скрывает. Но пока это лишь слова... Правда Ольга написала несколько картин по рассказам Кирилла. Да и он сам вот-вот завершит книгу на данную тему. Повторюсь – это лишь его собственные умозаключения. Им можно верить, а можно и не верить. И вдруг появляетесь вы и «в лоб» выкладываете сведения о древности и таинственности этого места. Выходит, самые разные люди, не сговариваясь...
– Это довод! – веско заявил Кирилл.
Я же подумал о том, что сейчас главное – разобраться в сути тех знаний, носителем которых является каждый из нас. Если они не противоречат друг другу – это хорошо. Если ещё и дополняют – просто прекрасно! А если они абсолютно не стыкуются? Так что сейчас нам надо выложить на стол все свои козырные карты и лишь тогда...
Но мои размышления прервала Ольга. В этот момент она вновь подошла к картине «Два солнца» и громко спросила:
– А кто-нибудь знает, как переводится имя «Кирилл»?
Мы с Кириллом переглянулись. Обычно каждый человек знает о своём имени больше других. Это же естественно. Так что Ольгин вопрос ни меня, ни моего собеседника не застал врасплох. Но ответил я:
– Конечно, знаем. Оно значит – «солнце».
Ольга, не отходя от картины, продолжила:
– Вот и я о том же. Встретились два солнца...
Кирилл-писатель лишь рукой махнул.
– Я сразу обратил внимание на это обстоятельство. Ещё в момент нашего знакомства. Но промолчал.
– Почему? – уточнил Вячеслав.
– Подумал, что случайность.
– А теперь что думаешь? – спросила Ольга и, отстранившись от картины, подошла к нам.
– Что не случайность... – односложно ответил Кирилл. – Весь вопрос в том, имеет ли она практический смысл.
Ольга села рядом со мной и спросила:
– А вы что думаете?

5

Я попросил ещё чашечку чая, ибо так сразу ответить на Ольгин вопрос было мне сложно. В самом деле – встреча двух Кириллов, да ещё в таком месте – это знак. Можно сказать, такое же уникальное явление, как и появление на небе двух солнц. Тешу себя надеждой, что подобное сравнение не покажется слишком вольным. Но если ноги сами привели меня в село Счастливое и нашли (точнее – вспомнили!) тропинку к старой усадьбе, где я сейчас нахожусь, то, конечно же, вправе говорить о том, что инициатором «явления двух Кириллов» являюсь я. Хотя ясно же – изначально о нечто подобном предположить было невозможно. Просто кто-то свыше устроил подобную встречу. А мы лишь безропотные исполнители этой воли.
Вячеслав чай пить не стал, удовлетворившись кусочком печенья. А вот Ольга присоединилась к нашей компании с удовольствием. Было видно, как сильно её «завела» тема двух солнц-Кириллов. И она своей женской интуицией почувствовала явную неслучайность моего прихода сюда. Именно поэтому, беря в руки инициативу, она вдруг сказала:
– Расскажи о том старике, который впервые тебя привёл к этому дому. Откуда у него были сведения?
Я пожал плечами.
– Старик ни при чём. У него своя жизнь, своя история. Просто он был свидетелем тех событий, которые проистекали у него перед глазами. И, конечно, как «живой свидетель» мне он был очень нужен.
Что касается этого дома... Просто родственник старика принимал участие в его строительстве. К тому же, сам этот дед, а точнее – тогда ещё молодой человек, был влюблён в женщину, для которой этот дом строился. Она не была замужем, и, естественно, влюблённый питал большие надежды, желая стать её мужем. Но его чаяниям не должно было осуществиться.
Мать этой молодой особы резко воспротивилась брачному союзу, разорвав их отношения.
– Он был ей не пара? – уточнила Ольга.
– Нет, дело в другом... Просто пожилая женщина видела абсолютную бесперспективность данного брачного союза. Он не принёс бы молодым счастье...
Ольга хмыкнула.
– Обычная история! Каких – множество.
Я согласился с её замечанием. Добавив лишь, что эта женщина руководствовалась не только житейской мудростью, но и чем-то иным...
– Чем же? – спросил Кирилл.
– Она видела будущее. По-нашему, была ведуньей, или как мы сейчас говорим – экстрасенсом. И, судя по всему, – очень сильным. Ей можно было верить. По крайней мере, люди очень уважали её и... боялись. Мой «живой свидетель» не смог ослушаться матери своей возлюбленной и навсегда (так ему казалось) уехал из Крыма. Вернулся сюда спустя несколько десятилетий, после Великой Отечественной войны. Видно, не мог забыть своё юношеское увлечение, ставшее для него любовью на всю жизнь. Но здесь уже никого не было. Мать-ведунья умерла много лет назад. А её дочь выслали в Среднюю Азию вместе с остальными татарами, где она вскоре и умерла. В доме появились новые хозяева. Впрочем, эта часть «биографии» усадьбы вам уже не интересна. Как и мне. А старик часто приходил сюда, вспоминая свою молодость. Однажды и меня сюда привёл. Так вот...
– Подождите, а где же здесь связь с охотничьим замком Юсупова? – удивился Вячеслав. – Я её не прослеживаю...
– Я же говорил, что этот старик в молодые годы был одним из строителей юсуповского имения. Кроме того, и его возлюбленная, и её мать вначале жили на территории имения. Собственно, там они и познакомились, там и родилась эта любовь. Но здесь более сложные связи и отношения, в которые были вовлечены другие семейства и роды. В двух словах всего не расскажешь... Но то, что Юсуповы, и в частности старший из них – Феликс Феликсович, хорошо знал мать возлюбленной моего «живого свидетеля», – это точно. Как и то, что строительство этого дома началось сразу же по завершении работ в Соколином. Оно как бы являлось продолжением стройки, но уже в другом месте. Не случайно же этот дом строили те же люди, что прежде были задействованы в возведении замка.
– Но этот дом вовсе не похож на замок! – воскликнул Вячеслав. – Он вообще по архитектуре не отличается от подобных ему татарских строений.
– Так и должно быть, – заверил я, – он и не должен ничем выделяться. Главное – что он скрывает.
– А вам известно, что он скрывает? – спросил Кирилл и посмотрел прямо мне в глаза.
– Отчасти... По крайней мере, я не сомневаюсь, что поставлен он не на случайном месте. Как и то, что в определённый момент он должен себя проявить.
– Не поздно ли... – протянула Ольга. – Судя по вашему рассказу, дому же лет сто. Он дряхлый, сыплется весь...
Я с ней согласился. Дом действительно старый. Главное – что он стоит и в нём живут люди. Если же учитывать ту древность, которая здесь скрыта, то по сравнению с ней, он очень молод, даже юн. Так что всё относительно...
– Не важно, что он стар, – сказал я, – главное, что мы в нём собрались. И я имею возможность рассказать вам о прошлом этого места. Дом поставлен в «точке», которую выбрала ведунья, о которой я вам уже говорил. Она указала точное место для этой усадьбы.
Дело в том, что...
Я на миг задумался, а затем сменил тему нашей беседы, понимая, что сейчас не следует продолжать разговор о первых хозяевах этого дома. Надо сразу окунуться в прошлое.
– ... здесь был древний Портал. Центр его на массиве Бойко. Там спираль раскручивается из своего центра. Там же кристалл, который «держит» эту спираль. Массив Бойко находится внутри «силового треугольника» с углами соответственно в Соколином, Счастливом и Ливадии. А «силовыми точками» в трёх этих местах являются охотничий замок князя Юсупова, «наш» дом и ливадийский дворец русских царей. Из каждой из них возможно включать Портал в работу. Пока же он находится в «заглушённом» виде. Но, очевидно, время для того, чтобы его реанимировать, уже наступило...
Кирилл быстро вышел из гостиной и вернулся через минуту с большой картой Крыма. Он разложил её на столе, отодвинув чашки к краю. И стал изучать местность, молча нанося на ней какие-то знаки, а затем сказал:
– Да... Действительно, глобальная структура. Впрочем, немного я о ней знаю. Хотя была мне открыта лишь та часть Портала, которая географически связана со Счастливым. Вы же как-то умудрились рассмотреть её целиком.
– На это у меня ушло больше тридцати лет. Почти вся сознательная жизнь. Так что не мудрено.
– Но другие же до этого не докопались!
– Не докопались, – согласился я, – просто им не надо было. А те, кто докопался – огласке подобные вещи не предавали.
– Себе дороже? – уточнил Вячеслав.
Я посмотрел на часы. Мне пора было собираться в обратный путь. В Счастливое автобусы ходили редко, и опоздать на последний рейс я, конечно же, не хотел.

6

Новая встреча с Кириллом у меня состоялась уже в Севастополе. Писатель, как и обещал, снабжал меня своими книгами, которые я «проглатывал» в один миг. За короткое время мною была прочитана вся его «Голубиная книга». А в конце – я оказался первым, кто прочёл его новую дилогию. Именно ту, которую он дописывал в момент нашего знакомства. Так что в определённом смысле я оказался «первооткрывателем» того, что Кирилл доносил людям.

Я не собираюсь анализировать прочитанное. Скажу лишь о своих ощущениях. Вначале было трудно «въехать» в тему. Не мог определиться с жанром. Что это: фэнтези, одна из популярных современных направлений прозы, или что-то иное? Постепенно втянулся в повествование и стал воспринимать его как реальность. Пусть и давно ушедшую от нас (или мы от неё?), но всё же – реальность, не выдумку. То ли этот Руданский и в самом деле искусный писатель, способный так преподать факты, что ты начинаешь в них безропотно верить. То ли он и в самом деле стал обладателем бесценной информации и просто излагал её – сухо, конкретно и ясно. Конечно, я помнил пояснения Руданского о том, что он нашёл реальные древние свитки и сумел их прочесть (причём каким-то чудным образом!). Так что больше подходил второй вариант, поясняющий мои ощущения относительно характера Голубиной книги. Хотя, если честно, я до сих пор не верю в то, что он эти свитки нашёл. Это же сенсация мирового масштаба! Но о ней никто не знает. А люди, такие, как я, «посвящённые» Кириллом в тайну появления его Голубиной книги, воспринимают его слова о свитках как само собой разумеющееся. Они что, не понимают всей значимости? Или не верят Руданскому, мол, давай, давай, вешай нам «лапшу» на уши...

Впрочем, я несколько отвлёкся. В Голубиной книге и в самом деле речь идёт о сияющих. Руданский ни разу не назвал их «богами» или «египетскими богами». Для него они кровь от плоти живые личности, пусть и высшего порядка. Они стали героями его книги, тех сюжетных линий, которые Кирилл проводит в своих романах. Я не считаю себя египтологом, но кое-что о деятельности Тота, Гора и их сподвижников знаю. Вовсе не уверен, что написанное Руданским точно стыкуется с известным нам (и мне!) из египетской мифологии. Скорее всего – разночтений уйма.

Самый основной из них – местопроживание сияющих. По общепринятой египетской версии они пребывали на землях, соседствующих с Нилом, которые теперь называются Египтом. Иногда египетские боги совершали путешествия (экспедиции) в дальние земли, но всегда возвращались на Нил.
По версии же Руданского, они (то есть сияющие с именами египетских богов) жили в разных местах. Но больше всего – в Крыму. Египет был лишь фрагментом, пусть и важным, их земной биографии.

Может быть, и в самом деле мифы и легенды о египетских богах – это лишь часть истории жизни сияющих? Так сказать, африканский след в их судьбе. А Голубиная книга – наиболее полный архив о их пребывании на нашей планете, и он охватывает не часть, а весь период жизни сияющих? По крайней мере, приняв такую версию, можно примирить Голубиную книгу Руданского и египетскую мифологию.

Но я возвращаюсь к самим сияющим и тому периоду в их жизни, который связан с Крымом. Если следовать Голубиной книге, то Крым их «притянул» к себе вследствие нахождения на этом полуострове древних (уже тогда!) духовных систем. И, прежде всего, Коло Ра (Глаза Гора). Это одно из названий Портала (выполненного в виде огромного круга или Коло). Сияющие считали, что тот, кто владеет этим Порталом, тот является хозяином Земли. Читай: той цивилизации, которая обитает на нашей планете.

Учитывая же, что главная цель пребывания их на Земле заключалась в создании и развитии цивилизации по их типу, нетрудно догадаться, почему именно их интересовал именно Крым, и почему они так стремились сюда. Можно сказать, что нынешняя цивилизация людей напрямую вытекает из той, которую создавали сияющие. Так что мы в определённой мере прямые наследники тех, кто так стремился стать хозяином Портала (Коло Ра). По крайней мере, такой вывод вытекает из книг Руданского.

Кирилл достаточно точно описал место, где Коло Ра располагается. Это район морской акватории (и кромки берега), охватывающий территорию от мыса Феолент до мыса Айя.

Сюда же входит и балаклавская бухта с приморским городком Балаклава, в котором я сейчас живу. Надо сказать, это немаловажное для меня обстоятельство польстило моему самолюбию. Я ведь мог купить жильё где угодно, в любом (доступном по ценам!) уголке Крыма. Но остановился же на Балаклаве. Кстати, Кирилл утверждал, что и древние свитки, которые легли в основу его Голубиной книги, он нашёл именно здесь. Они по-прежнему находятся в старом схроне. Так что я теперь хожу по древним улочкам Балаклавы и всё время прислушиваюсь к своей интуиции. Не «проклюнется» ли их местонахождение? Пока всё тихо. Впрочем, Руданский уверил меня, что свитки находятся под защитой. И вряд ли я смогу учуять их...

Кажется, я снова отвлекаюсь от темы. Если следовать сюжетной линии Голубиной книги, то понятно, почему Кирилл Руданский оказался в селе Счастливое, в том доме, где мы и познакомились. Просто задолго до него сюда пришли сияющие. В частности, Исида и Гор. Подобная информация для меня удивительна. И если бы я знал о ней раньше, то наверняка более цепко осматривал бы прилегающую территорию, каждый камень... Мало ли что может обнаружиться. Впрочем, до меня это уже много раз делали другие люди, тот же Руданский. Если что-то и обнаружилось, то оно стало достоянием этих первооткрывателей.

По всему выходило, что Руданский, как собака-ищейка шёл по пути сияющих, исследуя каждый метр пространства, где они могли быть. А в Счастливом – в особенности. Следуя Голубиной книге можно сделать вывод, что Исида и Гор здесь пробыли долго. Они буквально возродили это место, восстановив многое из того, что прежде здесь было ещё до них.

Именно: не построив своё, а восстановив старое. Можно сказать, что то место, где сейчас расположилось Счастливое для них (понятно, что такого названия тогда не существовало) было своеобразным символом возрождения.

Такое понимание значения данной местности, и в частности дома, где я познакомился с его хозяевами и Кириллом Руданским, меня вполне устроило. Ибо оно совпадало с теми сведениями, которыми располагал я, получив их независимо от желания и воли автора Голубиной книги. Единственное различие в том, что я «проглядел» пласт истории, связанный с пребыванием здесь сияющих, а Кирилл, наоборот, сделал ставку именно на них. Но, может, оно и лучше, что люди приходят к одному мнению разными дорогами, не зная друг о друге? Такие исследования кажутся более непредвзятыми и честными.

7

Но в последней дилогии Руданского, которую я только что прочитал, романы «Башня Юпитера» и «Возвращение Диониса» меня буквально задели за живое. Я понял, что писатель подошёл очень близко к открытию тайны этого места. Так близко, что я даже почувствовал, как меня обжигает жарким пламенем огонь, который был зажжён в древнем очаге самими сияющими. Всматриваясь в языки пламени прошлого, я стал различать неясные контуры тех времён. И с каждой минутой они становились всё чётче и яснее. Теперь я видел этот мир уже не глазами Руданского, а глазами этих самых сияющих – Исиды и Гора.
Конечно, мне очень захотелось встретиться с Кириллом и поговорить с ним. Тем более что вопросов для такой беседы накопилось более чем достаточно. При первом удобном случае такая встреча состоялась...

Воронин В.В.  Историческая серия «Тайны империи». Книга III. Царская копейка: Роман.Севастополь: Издательство «Дельта», 2014. – 280 с.

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.