Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Мария ВИРГИНСКАЯ

Мария Виргинская

Мария Виргинская родилась в Ленинграде, но ее истинная родина — Севастополь, место действия всех ее произведений. ...

Читать далее

Андрей ОСТАШКО

Андрей Осташко

Путешественник, исследователь, экскурсовод, гид-переводчик, автор концептуально-исторических туристических маршрутов и документальных видеопроектов по Крыму ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Виктор ЛАНОВЕНКО. Отара для волка

Виктор ЛАНОВЕНКО. Отара для волка. Главы из романа

Глава из романа

...Весь день Танцор обдумывал план. Договориться о встрече и получить выкуп – вот такая простенькая задача, она никак не хотела увязываться с личной безопасностью Танцора.

Рано утром, во вторник, он поймал такси и отправился на восточную окраину города, в район, который назывался Самарская балка. Здесь находился автовокзал. Весь из стекла, сверкающий никелированными стяжками, он являл собой последнее слово архитектуры. Танцор остановил такси, не доехав до вокзала четырех кварталов. Прошел вдоль молодого парка, затем повернул назад. Спустился в подземный переход и оказался на противоположной стороне. Отсюда проспект хорошо просматривался. И здесь же, в первом этаже одного из домов, помещалось кафе под названием «Снежинка».

Вчера, в понедельник, Танцор уже был здесь. Он посетил кафе и выяснил, что в глубине помещения, за кухней, имеется черный ход. Сюда, между двенадцатью и часом дня, подъезжал фургон с продуктами. В другое время суток дверь старались держать закрытой. Это правило то и дело нарушалось. Кто-то из персонала кафе выходил покурить на задний двор, кто-то выносил мусор. Но в любом случае ключ висел рядом, на гвоздике.
Перед фасадом кафе возвышалась небольшая площадка, похожая на подиум. Днем на нее выставлялись пластмассовые столики с пестрыми зонтами. Легкие белые кресла ждали посетителей. Но в часы палящего солнца никто не торопился съесть мороженое или выпить кружку пива, заплатив в два раза дороже, чем в магазине, расположенном в соседнем доме. Танцор выбрал один из столиков на подиуме и отодвинул кресло. Положил на него объемистый пакет из плотного желтого целлофана и придвинул кресло так, чтобы сам пакет едва выглядывал из-за стола.
Было без пятнадцати одиннадцать, когда Танцор вошел в кафе «Снежинка». В правой руке он нес букет белых хризантем. Официант, узнав вчерашнего клиента, поднялся навстречу:
– Рад вас видеть. Присаживайтесь. Я сейчас принесу меню.
– Не стоит, – сказал Танцор, усаживаясь за столик возле окна. – Вы можете приготовить добрый кусок говядины с картошкой фри? И зелени, как можно больше зелени.
– Сделаем, – кивнул официант. – Только придется подождать. Совсем немного.
– А я никуда не спешу, – Танцор улыбнулся. – У меня сегодня день рождения.
– Поздравляю.
– Спасибо, Женечка. Вас, ведь Женей зовут? – спросил Танцор, хотя прекрасно запомнил имя официанта. – Принесите, Женечка, вазу с водой. Боюсь, хризантемы завянут.
Внутри кафе тоже оказалось пустым. Лишь за одним из столиков сидел пожилой мужчина с седыми волосами. Он подпирал щеки ладонями и смотрел в пивную кружку.
Когда официант отошел, Танцор вынул из кармана сотовый телефон и набрал номер Патрона:
– Вы готовы произвести обмен?
– Мы всегда готовы, – ответил Патрон. – Где? Когда?
– Я совсем не знаю ваш город, – сказал Танцор. – Только что приехал на автостанцию. Ну, это такое здание модерновое. Стекляшки, блестяшки.
– Знаю. Дальше.
– А дальше я куда-то пошел, по аллее. И сейчас стою на автобусной остановке.
– На какой?
– Понятия не имею. Здесь рядом какое-то кафе.
– Как называется кафе? – спросил Патрон.
– Одну секунду… Называется «Снежинка».
– Подожди, я уточню, – сказал Патрон.
Пока он с кем-то советовался, Танцор отодвинул рукой штору и еще раз, после вчерашнего посещения, осмотрел окно. Стекло было монолитным, рама наглухо вделана в толстые кирпичные стены. В нижней части рамы во всю ширину окна проходила узкая форточка. Если откинуть щеколды слева и справа, тогда форточку можно открыть движением снизу вверх, внутрь помещения. Открывшееся узкое пространство было невелико, но вполне достаточным, для того, чтобы просунуть руку. Танцор отметил важный момент – если смотреть с улицы на высокий подоконник, то эта форточка практически незаметна. Танцор встал и проверил щеколды. Они открылись легко. Плавным движением он приоткрыл форточку. Потом возвратил ее на место, но щеколды закрывать не стал.
– Алло, – раздалось в трубке.
– Слушаю, – отозвался Танцор.
– Я понял, где ты находишься. Мои люди выезжают через пять минут. С деньгами.
– Никаких людей, – сказал Танцор. – К остановке должен подъехать один человек. На машине с прозрачными стеклами. Повторяю, с прозрачными, а не с тонированными. Когда остановится, пусть выйдет из машины и оставит двери открытыми. И только потом позвонит по этому номеру.
– Саквояж с тобой?
– Я передам только часть товара и копию дискеты, – сказал Танцор, возвращаясь в кресло.
– Почему не все сразу?
– Мне нужно убедиться, что вы согласны играть по моим правилам. Я хочу получить половину той суммы, о которой мы говорили. Деньги должны находиться в прозрачном целлофановом пакете.
Некоторое время трубка молчала. Танцор не торопил. Изменились обстоятельства, на которые рассчитывал Патрон. Пусть теперь подумает, перестроится.
– Хорошо, – сказал, наконец, Патрон. – Мой человек будет на остановке через полчаса. И выйдет с тобой на связь. Все?
– Кроме одного. Если я замечу что-то подозрительное, сделка не состоится. Я изменю свои планы.
– Договорились, – ответил Патрон, и связь прервалась.
Официант принес вазу и аккуратно поместил в нее цветы. Поправил белые лепестки.
– Прекрасный букет, – сказал он, открывая потную бутылку «Ессентуков». Затем принялся сервировать стол. Делал он это неторопливо и обстоятельно. – Еще минут двадцать, и ваш заказ будет исполнен. Если не возражаете, я подам к картошечке греческий соус. Наше фирменное блюдо.
– Женечка, вы не торопитесь, – сказал Танцор. – Кто питается на скорую руку, тот утрачивает смысл жизни.
Официант бросил на стол придирчивый взгляд и отправился на кухню.
Танцор взял вазу с хризантемами и поставил ее на подоконник. Задернул тюлевую занавеску, а тяжелую бархатистую штору оставил приоткрытой. Теперь с его места была видна автобусная остановка, часть проспекта и противоположная сторона улицы. Людей на остановке было немного, человек семь, восемь. Они прятались под навесом от солнца, набирающего полуденную силу. Танцор взглянул на часы. Было 11-22. С момента его разговора с Патроном прошло 18 минут. Вот-вот события начнут развиваться с бешеной скоростью. Надо быть предельно внимательным.
Движение транспорта по проспекту разительно отличалось от московской дорожной сутолоки. Сначала неторопливо проезжала какая-нибудь ГАЗель, затем вдалеке показывалась «Мазда» тысяча девятьсот затертого года выпуска, потом ковылял «Москвич». Танцор видел, как подошел автобус, желтый «Икарус». Остановился. Два человека вышли, трое зашли. Автобус тронулся, на ходу закрывая двери. И почти следом за «Икарусом» к остановке подкатила белая «Хонда». Из нее вышла женщина. Танцор сразу узнал ее. Это была Эмма. Она обошла машину и открыла переднюю и заднюю двери со стороны тротуара. Затем вынула сотовый телефон. Танцор дождался, пока мелодия в его мобильнике отыграла полкуплета, и включил прием.
– Слушаю, – сказал он.
– Я на месте. Деньги при мне, – услышал он голос Эммы.
– Пройдите на летнюю площадку кафе «Снежинка», – сказал Танцор. – Возле второго столика справа, на кресле, лежит желтый пакет. Проверьте его. Если там все в порядке, свяжитесь со мной, – он отключил телефон. Приблизившись к окну, Танцор осмотрел проспект в обе стороны. По направлению к городу от автовокзала ехал «Жигуленок» шестой модели. С противоположной стороны к остановке приближался автобус. Это был такой же «Икарус» с номером маршрута во лбу. Танцору показалось, что он едет несколько быстрее, чем двигались пассажирские автобусы по этой трассе. Но не это взволновало его. Интервал – вот что было по-настоящему странным. Еще и минуты не прошло с того момента, когда от этой же остановки отошел такой автобус. Танцор смахнул ладонью капли пота висевшие на бровях и отхлебнул глоток «Ессентуков». Перевел взгляд на Эмму. Она стояла за окном, метрах в десяти от него. Проверяла содержимое пакета. В это время «Икарус» подошел к остановке. Двери его открылись. Но никто не вышел. В это время зазвучала мелодия телефона.
– Да? – сказал он в трубку.
– Я проверила. Все в порядке, – раздался голос Эммы. – Кому передать деньги?
Танцор медлил с ответом. Он внимательно следил за автобусом, который по-прежнему стоял на остановке, не желая трогаться.
– Пакет с деньгами положите на подоконник.
– Куда?
– На подоконник того окна, в котором стоит букет белых хризантем. И сразу возвращайтесь к своей машине. Вы нашли это окно?
Он увидел, как Эмма подняла голову и прошлась взглядом по окнам кафе.
– Да, я вижу это окно, – прозвучал ее голос и Танцор прервал связь.
Эмма положила пакет на подоконник. Она прислонила его к стеклу и повернула голову в сторону автобуса. Возможно, она подала какой-то знак. Этого Танцор разглядеть не мог. Но в тот же момент из автобуса начали выходить люди. Это были молодые мужчины. Танцор не мог ошибиться – они явились по его душу. Он открыл форточку и втащил пакет. И это движение не осталось незамеченным. За пакетом внимательно следили.
Несколько человек из автобуса бросились в сторону кафе. Расстояние здесь было небольшое, метров сорок. Танцор метнулся на кухню, сжимая в руке пакет с деньгами. Навстречу шел официант Женя. Он нес перед собой поднос, как дорогую реликвию. Танцор оттолкнул его в сторону, освобождая путь. Кусок говядины с картошкой фри, какие-то стаканчики и судочки, все полетело на пол.
Танцор ворвался на кухню, пробежал мимо двух удивленных поваров, мимо котлов и печей, и оказался в маленьком темном коридоре. Толкнул дверь. Она оказалась запертой. Он пошарил в темноте, в том месте, где всегда висел ключ. Наткнулся пальцами на гвоздь. Ключа на месте не было.
«Все, – мелькнуло у него в голове, – конец».
Танцор выглянул в кухню. Он ни на что не надеялся, но его инстинкт продолжал искать шанс на спасение. В кухню вбежал официант, перепачканный бордовым соусом. Танцор крикнул:
– Женя, ключ!
И произошло удивительное. Официант быстро, без вопросов сунул руку в карман и подал ключ. Танцор бросился к двери, дрожащими руками пытался вставить ключ. Но замочная скважина будто пропала. Танцору казалось, что прошло бесконечно много времени, и погоня вот-вот ворвется сюда.
– Дай мне, – услышал он рядом голос официанта и сунул ключ в его руку.
Дверь распахнулась, и в глаза ударил яркий солнечный свет. Танцор выскочил во двор и захлопнул за собой дверь. Выхватил из укрытия кусок арматуры, который приготовил еще вчера, и вставил в крепкие проушины двери.

* * *
В то время, когда Танцор уже сидел в машине, увозившей его в сторону городского пляжа, в кафе «Снежинка» было необычайно многолюдно. Молодые люди, заполнившие кафе, осматривали каждый квадратный сантиметр. Двери черного хода пришлось выломать. Для этого потребовались усилия четырех человек. Но даже им дверь поддалась не сразу. Когда с дверью все же справились, стало ясно, что продолжать погоню бессмысленно. На всякий случай был вызван кинолог с собакой и послан наряд милиции в старые кварталы города.
Допрос свидетелей проводил сам начальник милиции, подполковник Кравец. Когда он предъявил для опознания несколько фотографий, то все, и два повара и официант Женя, показали на Танцора. Только случайный посетитель никого не признал. Он был уже «под мухой», и его забрали в участок. С пьянством в городе серьезно боролись.
Когда поступили доклады от кинолога и от наряда милиции, подполковник Кравец тяжело вздохнул и вытащил из нагрудного кармана сотовый телефон.
– Илья Николаевич, – сказал он в трубку, – объект ушел.
Некоторое время он слушал, слегка отставив трубку от уха. Румянец свекольного цвета медленно выползал из-за воротника форменной рубашки и покрывал шею, уши, лоб. Когда ему было позволено говорить, он отрапортовал:
– Илья Николаевич, никуда он не денется. Я перекрою весь город. Щелки не оставлю. Его портрет будет висеть на каждом заборе. Да, да, и с телевидением договорюсь. Прямо сейчас. В каждом выпуске новостей – объявление: разыскивается опасный преступник! Мы его возьмем. Живого или мертвого… Ясно, будем брать живого, пока товар у него.
Когда он убрал телефон и поднял голову, то увидел, что его подчиненные стоят перед ним, образуя полукруг, и внимательно смотрят на него.
– Ну, что, сыскари драные, – сказал Кравец, выпуская гнев наружу. – Не можете в рабочее время потрясти жопами? Будете рыть землю днем и ночью. Мордами! Как собаки!

----------------------------------------------------------------------------------------

Лановенко В.  Соучастник: Роман. Рассказы. – Издательство  «ДЕЛЬТА», Севастополь. – 2014. – 404 с.

----------------------------------------------------------------------------------------

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.