Клуб книгоиздателей и полиграфистов Севастополя

http://lytera.ru/

Наши авторы

Николай ТАРАСЕНКО

Тарасенко Николай Федорович

Советский поэт, писатель, журналист. Член Союза писателей России и Украины. Заслуженный деятель искусств ...

Читать далее

Валерий ВОРОНИН

Валерий ВОРОНИН

 

Поэт, прозаик, популярный писатель, исследователь, участвующий в поиске исторических артефактов.

 

Биография

Родился в г. Кривой ...

Читать далее

Издать книгу

Пожелания заказчика всегда сводятся к трем словам: быстро, дешево, хорошо. Исполнитель же настаивает: одно слово - всегда лишнее. В любом варианте. Читать далее...

Книга: шаг за шагом

Профессиональные рекомендации и советы от авторитетного издателя, раскрывающие множество тонкостей и нюансов процесса создания книги, окажут неоценимую помощь как начинающим, так и уже опытным авторам. Читать далее...

О проекте

Наш клуб – это содружество издателей и полиграфистов, которые уже многие годы в профессиональной кооперации работают в Севастополе. Теперь мы решили еще более скоординировать свою работу. Зачем и кому это нужно? Читать далее...

ВВЕРХ

Яков ХОХЛОВ. Третья мировая

Хохлов

Возвращение с неудавшегося визита на Кубу в январе 1980 года.

Жара. Пустой океан и одиночное плавание. Все спокойно вокруг и в целом мире.

На горизонте показывается чья-то армада. Сблизившись, опознаем десантный отряд США, который сменился и идет из Средиземки домой. На борту целая десантная бригада со всем своим хозяйством – танками, вертолетами и прочим. При выходе ДесО из Средиземки штабы, видимо, промухали и не выявили состав ДесО. Вот нам и поручили всех по бортовым номерам пересчитать и сообщить, кто ушел.

Кто не видел, что такое штатовский десантный отряд, тот не видел настоящей угрозы. Это «колбаса» за горизонт, в три колонны транспорта, танко-десантные корабли, с флагманом – десантным вертолетоносцем «Иводзима». А вокруг «колбасы» свора эсминцев и фрегатов – корабли охранения. И вся эта шобла прет через океан двадцатью узлами, не снижая скорости, уже пятый день. Между прочим, американская десантная бригада – это почти наша дивизия по составу и численности.

Мы на встречном ходу первую колонну быстро проскочили и все названия прочитали, американцы не мешали, так как мы шли снаружи «колбасы». А потом пришлось влезть внутрь их строя, так как расстояние между колоннами не позволяло разглядеть ни названия, ни бортовые номера даже в визир с 12-тикратным увеличением. Догоняли очень медленно.

Чтобы ускорить процесс, командир решил развить полную боевую скорость и с целью обеспечения безопасности сыграл тревогу. Между прочим, 90 тысяч «лошадок» выделяют достаточно тепла, чтобы обогревать небольшой город. А тут – тропики, в воде, которая +26° С, черепахи загорают. Через час в машинно-котельных отделениях под восемьдесят, а корабль загерметизирован, и весь жар идет по кораблю.

Постепенно народ, закупоренный по тревоге, начал скисать. Чтобы поднять боевой дух, решил потренировать расчет ЦП ПЛО и заодно порешать контрольные задачи на ПУС (приборах управления стрельбой). Питание по тревоге подано, так чего же париться зря!

Даю команду: «Установить правый борт 120 градусов». Центральный отвечает «Есть» и докладывает: «Правый борт 120 установлен». Вдруг вопль с ходового: «Командир БЧ-3! Торпедный аппарат по нолям! Кто разрешил вращать аппаратами?» Ничего не понимаю, ведь такой команды я не давал. А оказывается, электрики ПЛО в жаре перестали соображать и вместо шкалы курсового угла навертели данные на шкале аппаратного угла. А по тревоге все включено, и ТА послушно побежал наводиться.

В это время мы шли ходом порядка 30 узлов, дым из труб по всему горизонту, и проходили как раз мимо их флагмана – «Иводзимы». Вахтенный офицер потом рассказывал, что шедший рядом фрегат типа «Нокс» выжал все свои парадные 28 узлов, прикрывая флагмана. Через 30 секунд на нем уже все было задраено, а носовое орудие (калибра 127 миллиметров, между прочим) уставилось нам в борт! У нас тогда только что было подписано соглашение с американцами, чтобы оружие друг на друга не наводить и вообще стараться избегать опасного маневрирования, а тут мы влезли прямо в центр их собачей свадьбы, да еще и грозим поразить в самое сердце!

Когда тебя матерят по трансляции по всему кораблю, часть соображения теряется и стараешься исправиться быстрее, чем полет мысли. Поэтому запрашиваю торпедный пост:

– Торпедисты, как аппараты?

– Правый на борт 120, левый по нолям.

– Установить правый по нолям.

– Есть.

Торпедисты вышли на палубу и в полуавтомате развернули аппарат на ноль. А потом, когда перестали крутить штурвал, тот опять согласовался с ПУСами и навелся на «Иводзиму»! Я думал, что от крика с ходового у меня без применения соснового чопа разорвется задница.

Следующей командой с ходового было «Снять питание с торпедных аппаратов», что моряк в электростанции быстренько и исполнил – рубанул защитный автомат на ГРЩ с надписью «Изделие 1080». ТА остался в положении 120 на борт.

– Командир БЧ-3! (перечисление всех моих достоинств). Когда вы вернете аппарат в исходное?

– Торпедисты! Аппарат по нолям (вашу тетушку и всех родственников)!

– Есть.

Торпедисты вышли на палубу и начали крутить ручной привод торпедного аппарата. А вручную эти 12 тонн надо ставить на ноль минут пять. Через 2 минуты я уже был изнасилован всеми начальниками настолько, что соображалка окончательно заклинила.

– Товарищ командир, вы же сами дали команду снять питание, вот и ставим на ноль вручную, а это долго.

– А, вашу мать, подать питание на торпедный аппарат!

Командую торпедистам отойти от ТА, а он, зараза, снова идет на 120! Наконец-то догадываюсь запросить центральный, какие у них отсчеты установлены. Естественно, аппаратный правый борт 120! Тут уж сообразил и скомандовал, что надо. Аппарат вернулся на ноль.

Только хотел вздохнуть, как был вызван на ходовой. Там уже в более интимной обстановке порка молодого командира БЧ-3 была продолжена, причем с наглядными пособиями. Меня вывели на сигнальный и предъявили к обзору всю ощерившуюся пушками армаду.

– Минер! На кой хрен ты вращал аппарат?

– Да я не вращал. Хотел проверить ПУСы контрольными задачами.

– Тебе что, заняться по тревоге нечем?

– А что делать? Полдня сидим по тревоге, в постах за 40 градусов, а дела нет. Вот и решил занять личный состав.

– … (матерное изложение, заменяющее наложение взыскания). Иди и думай над своим поведением. В следующий раз, захочешь проявить инициативу, запроси «добро» – получишь работы полную сумку.

– Конечно, гоняем корабль целый день, чтобы сорок слов прочитать, а вертолетом за 30 минут могли бы облететь…

Тут возникает всеобщее прозрение: е-мое, ведь на борту есть вертолет! А мы столько мазута пережгли…

Вызывается командир вертолета. А летчики, нужно сказать, всегда жили своей собственной жизнью, несколько отличающейся от корабельного распорядка. Для этого их каюта всегда была закрыта, а трансляция в ней отключена. Командира вертолета вызвали рассыльным.

– Алексей Петрович, видишь америкосов? Твоя задача их всех облететь и назвать мне все бортовые номера. Иди готовься, взлет по готовности.

Летуны, конечно, все предыдущие события проспали в каюте и о «войне» не знали. Поэтому, вооружившись разведывательным фотоаппаратом с объективом, имеющим диаметр трехлитровой кастрюли, они начали нахально ходить над самыми палубами супостатов. Над «Иводзимой» они вообще поиздевались всласть, проходя над стоящими над палубой вертолетами, почти касаясь их шасси и фотографируя каждую морду на полетной палубе. Американцы терпели ровно 15 минут, а затем подняли свой десантный вертолет «Си Стельен» и начали гонять нашу птаху. Кто видел, как ворона гоняет воробья, так это то же самое. Их вертолет летает чуть быстрее, зато тяжелее, и менее маневренный. Как только он подлетал к нашему Ка-25, с корабля шло предупреждение, и птаха, развернувшись на хвосте, прыгала в сторону. Американец, натужно визжа винтами, с креном, едва не касаясь воды, пытался вписаться в вираж. Наконец всех опознали, и командир сам закричал по связи: «Леха, кончай свои фокусы! Давай на посадку, а то ты их всех в панику вогнал до предела!»

На разборе командир БЧ-3 и командир вертолета были названы основными источниками угрозы третьей мировой войны.

------------------------------------------------

Павленко В.М. Зигзаги судьбы от «восхода» до «заката»: Сборник воспоминаний. К 40-й годовщине подъёма Военно-Моского флага на БПК «Адмирал Юмашев». — Севастополь: «Дельта», 2017. — 244 с., ил.

Комментировать

Ваш e-mail будет виден только администратору сайта и больше никому.